Усть-Илимской ГЭС – 50 лет!

30.05.2024 | Статьи

Усть-Илимская ГЭС в этом году отмечает свой юбилей. 50 лет назад гидроэлектростанция дала первый ток. Ее строительство было объявлено ударной комсомольской стройкой. Песни об Усть-Илиме пела вся страна. Чтобы узнать, как и кто ее строил, и сейчас работает на ней, я отправилась в Иркутскую область, в Усть-Илимск.

По «трассе мужества»

– В Братске тепло, минус 20 градусов, – объявляет командир корабля.

Самолет, пробежав по взлетной полосе, медленно выруливает на стоянку. Солнце, поднявшись из-за горизонта, окрашивает утренний морозный туман в теплые нежно оранжевые тона. От Братска до Усть-Илимска, где находится Усть-Илимская ГЭС, пять часов езды.

Среди сосен и елей мелькают веселые березовые перелески, поднимаемся на одну сопку за другой, дорога пуста, ни попутных, ни встречных машин, лишь по сторонам – нескончаемая тайга и покрытые шапками снега темно-бурые диабазовые скалы. Говорят, на трассу порой выходят лоси, а перед рассветом часто выскакивают зайцы и лисы.

Это шоссе – часть истории Усть-Илимской ГЭС. Еще шло строительство Братской ГЭС, а руководитель Братскгэсстоя, организации, занимающейся ее возведением, Иван Иванович Наймушин уже задумался о создании третьей ступени Ангарского каскада после Иркутской и Братской ГЭС (каскад – несколько гидроэлектростанций, расположенных на одной рекеприм. автора). Для начала надо было провести дорогу, чтобы доставлять на будущую стройку продовольствие, материалы, оборудование.

Автомагистраль Братск – Усть-Илимск, или «трассу мужества», как ее называли, начали прокладывать в феврале 1962 года. Строителям предстояло пройти 250 километров, пробиться через глухую тайгу, диабазовые сопки, болота и вечную мерзлоту, пересечь около 50 таежных рек. На прокладке дороги работало около 600 человек. Жили в окрестных деревнях, а чаще – в палатках или в будках-времянках, которые перетаскивали за собой по мере продвижения вперед. Летом строителей донимали гнус, жара, дым от лесных пожаров, да и на медведя можно было наткнуться. Зимой – метели, 50-60-градусные морозы.

Короткая остановка в Седаново, небольшом поселке в 90 километрах от Братска. По воспоминаниям бывшего директора Усть-Илимской ГЭС Леонида Алексеева, при строительстве трассы и ГЭС использовался труд заключенных. В Седаново за рядами колючей проволоки располагались их бараки. ОЛП-26 (отдельный лагерный пункт) находился и в следующем поселке, в Эдучанке. От него до Усть-Илимска 87 километров. После сдачи автомагистрали Братск – Усть-Илимск в июне 1966 года Эдучанка и Седаново стали диспетчерскими пунктами, где водители могли отдохнуть и отремонтировать в случае поломки машину.

Асфальтировать дорогу не планировали, но Наймушин сделал это за счет сэкономленных на строительстве в Братске средств. Судя по всему, тот асфальт лежит до сих пор, местами залатанный, испещренный ямами и колдобинами. Но дух энтузиастов – первостроителей все же не оставил автомагистраль.

– Если сломаешься посреди дороги, никто мимо не проедет, на других трассах – да, а здесь всегда остановятся и помогут, если необходимо, – говорит наш водитель Вадим.

Глухие места обживут, палатки поставят в музей…

Ангара, единственная река, вытекающая из Байкала, сурова и коварна – на длине порядка 1800 километров имеет перепад высот около 400 метров, сильное течение. С 1956 года геологи, гидрологи, топографы и другие специалисты проводили исследования на участке в 120 километров, от Шаманского порога до села Невон. По результатам изысканий был выбран створ, то есть место расположения плотины, в урочище Толстый мыс, на 20 км ниже устья реки Илим. Толстый мыс – один из самых больших утесов в среднем течении Ангары. Он далеко вдается в реку, поэтому здесь ее ширина меньше километра. На дне находится диабазовая скала толщиной более ста метров, идеальное основание для плотины.

Архивная фотография, предоставленная Усть-Илимским краеведческим музеем. Строительство Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Первыми в ноябре 1962 года на место будущей ГЭС высадилась бригада Иннокентия Перетолчина, семь рабочих-гидростроителей.

Тогда Толстый мыс выглядел внушительнее, чем в наши дни. Вдоль русла Ангары вытянулись три островка – Лосята, любимое место отдыха местных жителей. Сейчас их уже нет. Оказались на дне рукотворного моря и Лосята, и немало деревень – чье-то прошлое, чья-то судьба… Заполнение Усть-Илимского водохранилища началось в октябре 1974 года и продолжалось до 1977 года. Но это все в будущем, а пока над промерзшей тайгой завизжали пилы и застучали топоры. Энтузиасты валили сосны, выкорчевывали пни, возводили временное жилье. Вскоре к ним присоединились другие бригады из Братскгэсстроя. Приезжали жители из Воробьева, Ершова, Невона и других окрестных ангарских и илимских деревень. На стройке их называли «бурундуками».

Обстановка палатки первопроходцев, приехавших на строительство Усть-Илимской ГЭС. Экспозиция Краеведческого музея города Усть-Илимска в Иркутской области

– Строители жили в палатках по 15 человек, в центре стояла печка, сделанная из бочки, поставленной на ящик с песком, но тепло быстро выветривалось, – рассказывает директор Усть-Илимского краеведческого музея Наталья Мишалкина. – Порой, если дежурный вовремя не натопит, у девушек длинные волосы примерзали к железным спинкам кроватей. Электричества еще не было, по вечерам зажигали керосиновые лампы. Прообраз их палатки выставлен у нас в музее. Тумбочка и чемодан – эти вещи, когда-то стояли в палатке. Ребята пытались обустроить свой быт, вешали плюшевые коврики, фотографии. Гитара – неотъемлемая часть каждой палатки.

В честь начала строительства Усть-Илимской ГЭС Перетолчин с бригадой решили поднять над Толстым мысом флаг. По всему Невону искали красную ткань, наконец, кто-то вспомнил, что в магазине под товарами лежал отрез кумача. Сшили флаг, нарисовали на нем серп и молот, и буквы «СССР». Почти четыре часа добирались до вершины, утопая по пояс, а то и по грудь, в снегу. Установив стяг, дали троекратный салют, в воздух полетели шапки с криками: «Ура!» Пролетающий Ан-2 снизился и покачал крыльями, приветствуя энтузиастов и флаг. Так началась традиция, которая соблюдалась на протяжении последующих лет.

Обстановка палатки первопроходцев, приехавших на строительство Усть-Илимской ГЭС. Экспозиция Краеведческого музея города Усть-Илимска в Иркутской области

К концу 1963 года строители начали переселяться из палаток в новые домики и насыпные бараки. Они были молоды, сил хватало и на работу, и на танцы, и на кино, ходили на охоту и рыбалку, играли в волейбол, футбол, знакомились, ухаживали, ревновали, женились – первую свадьбу сыграли под новый 1964 год.

Экспозиция Краеведческого музея города Усть-Илимска в Иркутской области

В ночь на 13 февраля 1967 года началось перекрытие левой половины русла Ангары. Температура опустилась ниже 40 градусов. В свете прожекторов 78 самосвалов, загрузив на острове Лосенок негабариты (огромные диабазовые валуны от 6 до 20 тонн каждый), на предельной скорости шли к реке и опрокидывали камни в воду. На одной из последних скинутых глыб было написано: «Покорим Ангару и другие речки!»

Экспозиция Краеведческого музея города Усть-Илимска в Иркутской области

«Кама» на берегу Ангары

Песня позвала в дорогу – для многих строителей Усть-Илимской ГЭС это не просто метафора, а факт биографии.

5 апреля 1964 года к берегу Ангары причалила баржа, на палубе которой стояло… черное пианино «Кама». А в числе пассажиров – композитор Александра Пахмутова, поэты Николай Добронравов и Сергей Гребенников, эстрадные певцы Виктор Кохно и Иосиф Кобзон. Тогда строители Усть-Илима и жители окрестных деревень одними из первых услышали новую песню «Письмо на Усть-Илим».

«Усть-Илим на далекой таежной реке,

Усть-Илим от огней городских вдалеке.

Пахнут хвоей зеленые звезды тайги,

И вполголоса

Сосны читают стихи»,

– пели Кобзон и Кохно, оба во фраках, белых рубашках и накомарниках.

И песня с Ангарских берегов полетела по всей стране. Далекий, таежный город, которого еще нет, западал в души и волновал сердца. На железнодорожных вокзалах спрашивали билеты до Усть-Илима. Кассиры не находили в пухлых справочниках станцию с таким названием, но это не останавливало романтиков и мечтателей. Песня звала в дорогу.

«Позови – я пройду сквозь глухую тайгу. Позови – я приду сквозь метель и пургу…»

Люди стремились в город, которого еще нет, словно к своей мечте, надеясь найти себя и лучшее будущее. Приезжали демобилизованные воины, парикмахеры, ткачихи, бухгалтеры и другие далекие от строительства специалисты и становились плотниками, бетонщиками, электриками… Многие уезжали, а кто оставался, то надолго, а кто-то и навсегда. Средний возраст жителей Усть-Илимска был 28 лет. Он одно время занимал первое место в стране по числу свадеб и новорожденных.

Усть-Илимск был городом трех ударных комсомольских строек – Усть-Илимской ГЭС, ЛПК (лесопромышленный комплекс) и самого Усть-Илимска. Только на строительстве Усть-Илимской ГЭС в декабре 1968 года работало около 6 тысяч человек. Многие из них уже побывали на других крупных стройках, например, почти одну пятую составляли бывшие строители Братской ГЭС.

–  В 1967 году, перед сдачей Братской ГЭС, меня вызвал начальник управления и поставил задачу – организовать в Усть-Илимске работу строительно-монтажного управления на правом берегу, где кроме тайги еще ничего не было, подготовить все ко второму перекрытию Ангары, – вспоминает заместитель начальника управления строительства Усть-Илимской ГЭС по производству Виктор Ванеев. – Работы на основных сооружениях гидроузла начались раньше, в марте 1966 года.

После окончания Новосибирского инженерно-строительного института Виктор Алексеевич получил специальность «гидротехническое строительство речных сооружений и гидростанций» и был направлен на строительство Братской ГЭС. Сначала работал мастером, со временем стал начальником СМУ.

Виктор Ванеев с группой специалистов, инженеров, бетонщиков, электриков и представителей других строительных профессий, 10 ноября прилетели в Усть-Илимск. Сразу начали прокладывать ледовую дорогу, строить причал, склад ГСМ, проводили линии электропередач… Работали очень интенсивно – сроки поджимали. Зимой официально разрешалось проводить работы до минус 45 градусов, на деле трудились и при более низких температурах. Были сложности с поставкой оборудования, с цементом.

Второе перекрытие состоялось 10 августа 1969 года и длилось 45 часов. Для всех, кто в нем не участвовал, объявили выходной. Но люди все равно пришли, на берегу Ангары собралась огромная толпа.

–  Скорость течения очень большая, мы сбрасывали тяжелые глыбы, но потоком их играючи сносило, – рассказывает Ванеев. – Тогда придумали связывать по три-четыре негабарита, и дело пошло. Когда готовились к перекрытию, я дней десять с работы не уходил. Как перекрыли, я быстрее в машину, думаю, успею домой съездить. Супруга с сестрой пошли в котлован на митинг, я в душ, потом кастрюлю на огонь поставил и решил минут на пять прилечь. Супруга возвращается и видит – из окна дым валит, быстрее домой. Кастрюля сгорела, а я продолжал спать. Так на митинг и не попал.

Первый ток под Новый год

Усть-Илимская ГЭС стоит на… золоте. При закладке первого блока плотины строители кидали в бетон монеты, чтобы была прочнее. Наймушин тоже не удержался, снял с руки золотые часы и бросил в бетон. Правда, наличие драгоценного металла в 1974 году не спасло плотину от бедствия. 19 мая на ней вспыхнул пожар. При сварочных работах искры попали на утеплитель, оставленный в котловане после зимы. Огонь перекинулся на деревянную опалубку и быстро распространился на несколько тысяч квадратных метров. К плотине сбежался почти весь город. Около трех тысяч человек выстроились в цепочку и передавали ведра с водой.

– Чтобы подобраться как можно ближе к огню, в люльку становились по два-три человека, ее поднимали консольным краном, и они из шланга тушили пламя, – вспоминает Виктор Ванеев. – Сгорели временные кабели, воздушные линии электропередач и много что еще. Потом неделю все восстанавливали, подъем был высокий – впереди пуск первых агрегатов.

Его наметили на декабрь 1974 года. Мало кто верил, что пуск первых агрегатов будет произведен в срок – то не успевали сделать, другое… Но все работали, невзирая на 50-е градусные морозы, без выходных, на грани физических и моральных сил, на износ.

К концу 1974 года машинный зал еще не достроили, в нем было холодно, диспетчерскую отделили от него фанерой, но в ночь на 28 декабря Усть-Илимская ГЭС дала первый ток. До нового, 1975 года, в эксплуатацию были сданы три гидроагрегата.

– Мне приятно вспоминать, как мы строили, причем за «рубль» – не могу сказать, что финансовый вопрос был главным, – считает Виктор Алексеевич. – В основном ехали на Усть-Илим, чтобы проявить себя, показать на что способен, получить какую-то специальность. Мы работали за идею, считая, что так надо, чтобы жизнь лучше была, чтобы детям и внукам лучше жилось, и казалось, что с каждым днем оно все лучше и лучше, как будто бы и было…

Жемчужина каскада

Женщина держит в руке молнии – она символизирует Ангару и ее огромные энергетические ресурсы. Монтажник в страховочном поясе и стройная девушка – это те, кто строил Усть-Илимскую ГЭС. Солнце и дождливая туча над ними говорят о переменчивом и суровом климате Сибири. Стилизованные таежные сосны напоминают изоляторы линии электропередач. Так выглядит большое мозаичное панно в фойе здания станции, которое розовым параллепипедом примыкает к правому крылу плотины и выделяется на ее сером фоне. Материалы, используемые для отделки, подчеркивали всесоюзный характер ударной комсомольской стройки. Розовый туф привезен из Армении, полированные плиты изготовлены из местного диабаза, ракушечник добыт на Саяно-Шушенском месторождении в Красноярском крае. Авторы проекта, архитекторы Евгений Белолаптиков, Александр Бельский, Николай Марцыновский и Евгений Першанин, инженеры Александр Катанов, Игорь Сергеев и Павел Сходкин в 1983 году были удостоены Государственной премии РСФСР.

Мозаичное панно, выполненное народным художником России Германом Черемушкиным, в фойе здания станции Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

–  Наша станция самая красивая, поэтому мы ее называем жемчужиной Ангарского каскада, – рассказывает инженер по техническому перевооружению первой категории Александр Кузьмин. – Чтобы не портить ее внешний вид, мы отказались от использования кондиционеров.

Александр работает на ГЭС более 30 лет. После окончания Иркутского национального исследовательского технического университета устроился электромонтером третьего разряда – свободных инженерных вакансий не было. Поднимаясь по карьерной лестнице, стал инженером производственно-технического отдела. На станции работает и его супруга, здесь же трудились ее родители.

–  Мне нравится энергетикой заниматься, – говорит Александр Кузьмин. – Я получаю огромное удовольствие от работы. Из моего рабочего окна видна Ангара, когда прилетают чайки и бакланы, их много, это очень красиво. Я безумно люблю ГЭС и не мыслю себя без нее.

Инженер по техническому перевооружению первой категории Александр Кузьмин, Усть – Илимская ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Почему в котловане нет строителей

Говорят, что Братск строила вся страна, а Усть-Илимск строил Братск.

Братскую и Усть-Илимскую ГЭС называют братом и сестрой – станции очень похожи. Но есть и отличия. При строительстве Усть-Илимской учитывался опыт возведения Братской ГЭС, но техника использовалась более современная. Рассказывают, что, когда глава Правительства СССР Косыгин приехал на стройку, он, с эстакады посмотрев вниз, спросил: «Почему в котловане нет строителей?» Ему объяснили, что там механизировано, и там….

Со смотровой площадки открывается замечательный вид на плотину и Ангару. К сожалению, доступ на нее сейчас закрыт, но судя по множеству замочков на ограде, так было не всегда. У левого берега реки расположены 11 водосливных секций, 16 метров шириной каждая. Они предназначены для того, чтобы сбрасывать воду, когда ее уровень становится критично высоким в Байкале и Ангаре. Сброс воды – яркое и незабываемое зрелище, но происходит редко. В XXI веке воду сбрасывали лишь один раз, в 2021 году, причем одновременно все четыре станции, стоящие на Ангаре.

Усть – Илимская ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Спешить медленно

Центральный пульт управления одни считают мозгом станции, другие сердцем, официально это – оперативно-эксплуатационный цех. Его сотрудники, их называют «оперативниками», контролируют работу оборудования, устраняют аварии, в общем, управляют гидроэлектростанцией.

На Усть-Илимской ГЭС работают 230 человек, а на пульте управления – двое, причем круглосуточно, без праздников и выходных. Смена длится 12 часов.

–  Самое основное и сложное – это ликвидация аварий, – делится начальник смены ГЭС Александр Герт. – Они могут протекать по разным сценариям, и все предугадать невозможно. Прежде, чем сказать сотрудникам, что сделать, надо понять, что произойдет. Вся картинка должна сложиться в голове, и только после этого можно приступать к выполнению операций. Если даже на минуту позже включить генератор в сеть, это грозит миллионными штрафами.

Александр трудится на станции 15 лет. На ней более 20 лет работал его отец. Он и предложил сыну прийти, послесарить на ГЭС. Герт младший устроился слесарем второго разряда, получил заочно высшее образование, поднимался по служебной лестнице, и теперь «держит руку на пульте управления всей станцией». На случай аварийных ситуаций у сотрудников есть инструкции, они регулярно повышают квалификацию и проходят противоаварийные тренировки, но порой это не может заменить совета более опытного коллеги.

Начальник смены ГЭС Александр Герт на Центральном пульте управления Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Павел Иванович Мишагин девять лет назад вышел на пенсию, но всегда откликается на просьбу о помощи. Он закончил Уральский политехнический институт. Попасть на работу на Усть-Илимскую ГЭС было трудно, тогда шутили: «Чтобы устроиться на ГЭС, там надо родиться». Павла Ивановича сначала приняли машинистом, потом назначили начальником смены машинного зала и затем – начальником смены ГЭС. Эту должность в шутку называли «ночной директор».

–  Я проводил первый пуск 15-го агрегата в 1977 году, – делится Мишагин. – Мы все делали вручную, это занимало до 30 минут, а сейчас кнопку нажал, и через 2 минуты агрегат включен в сеть… Оперативно-эксплуатационный цех – это как армия, дан приказ и его надо выполнить. Не выполнил – значит ты не имеешь права работать. Допустим, надо вывезти из работы оборудование, если неправильно вывел, значит кто-то может попасть под напряжение и погибнуть.

Павел Иванович трудился на стации 38 лет, из них 27 лет начальником смены ГЭС. Его коллега Сергей Владимирович Золотарев работал в этой должности более 34 лет и по количеству лет нахождения в ней поставил рекорд России.

Павел Иванович Мишагин, проработал 38 лет на станции, из них 27 лет начальником смены ГЭС, на Центральном пульте управления Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Работа на пульте управления со стороны выглядит спокойной и неторопливой, но это впечатление обманчиво. «Одна смена не похожа на другую», – говорят сотрудники. Они часто сталкиваются с чрезвычайными ситуациями, поэтому, как и моряки, нередко суеверны. У многих есть свои приметы, например, заходить в помещение с определенной ноги или выполнять обход и осмотр оборудования в строго определенной последовательности, которая у каждого своя.

Татьяна Крестьянских, электромонтер главного щита управления, работает на стации уже 16 лет и в приметы не верит.

– У нас династия, здесь работает мой муж, родители мужа, – объясняет она. – По сути, я приняла эстафету своей свекрови Ольги Андреевны. Она ушла на пенсию, и я смогла попасть на ее место.

Центральный пульт управления Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Свою должность Татьяна ждала 10 лет. За это время родила двоих детей, сейчас они уже взрослые, даже успела послужить в милиции. На новом месте было непросто: в институте Татьяна (она закончила Иркутский государственный технический университет) изучала теорию, а тут пришлось иметь дело с практикой.

–  Мощь и сложность станции превзошли мои ожидания, – объясняет она. – Все было непонятно. Почти год мы оставались с мужем после работы, он водил меня по станции, рассказывал, что, как, зачем. Свекровь тоже делилась своим опытом.

И опыт немалый – Ольга Андреевна Крестьянских проработала на ГЭС более 32 лет. Сначала на гидроподъемнике. Тогда плотина еще строилась, ей приходилось подниматься на большую высоту (примерно сто метров) по качающимся лестницам, предназначенным для строителей – высотников.

– Первое время было очень страшно, вниз боялась смотреть, – вспоминает Ольга Андреевна. – Потом привыкла и уже не обращала внимания, даже будучи беременной, не потихоньку карабкалась и спускалась, а чуть ли не бегом.

Когда Ольга Андреевна перешла на пульт управления, компьютеров еще не было. Сотрудники каждый час обходили приборы, снимали показания и записывали в журнал.

–  Аварии тогда были нередки, потому что оборудование только вводилось в работу, по тут, то там, пока все притерлось и наладилось, – отмечает Ольга Андреевна. – Ситуация меняется за секунды, надо очень быстро ориентироваться и принимать решение. Главное не ошибиться, поэтому нам говорили: «Спешите медленно, делайте все обдуманно».

Не все могут выдержать жесткую дисциплину, справиться с нервным напряжением и стрессом, поэтому, чтобы работать на ГЭС, особенно в оперативном цехе, кроме знаний, надо еще иметь и определенный склад характера.

Машинный зал Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Лимоны в машинном зале

–  По мощности наша станция занимает четвертое место в России после Саяно-Шушенской, Красноярской и Братской ГЭС, – рассказывает заместитель главного инженера Сергей Голубев. – В машинном зале установлены 16 гидроагрегатов мощностью по 240 МВт.

Сергей закончил Братский государственный университет, получив специальность «электроснабжение». 14 лет назад устроился на станцию дежурным электромонтером. Трудиться на ГЭС всегда считал престижным, привлекали интересная работа, стабильная зарплата. Поднимаясь по карьерной лестнице, освоил несколько профессий, накопил большой опыт, который значимо помогает в нынешней должности, ведь он несет ответственность не только за свои, но и за действия подчиненных.

Портрет В. И. Ленина в стиле флорентийской мозаики,, выполненный народным художником России Германом Черемушкиным в здании станции Усть – Илимской ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

Вход в машинный зал украшает портрет Ленина в стиле флорентийской мозаики. Его автор, как и панно в фойе, – художник-монументалист Герман Черемушкин. Владимир Ильич смотрит на работающие турбины, рядом написано: «Я вижу Россию электрической. Ульянов-Ленин». Фразу придумал Черемушкин, не сумев найти подходящую и не избитую цитату вождя. Проверять подлинность высказывания никому не пришло в голову.

Машинный зал заполнен солнечным светом, он льется через большие панорамные окна. Длина зала 450 метров. В нем нет отопительных приборов, помещение обогревается теплым воздухом, который вырабатывается агрегатами. Раньше машзал напоминал ботанический сад, росли лимоны и множество других тропических растений. Сейчас их все перенесли в фойе – так удобнее за ними ухаживать.

Заместитель главного инженера Сергей Голубев, Усть – Илимская ГЭС (входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской), Усть-Илимск, Иркутская область

– Мой отец и дядя проработали на ГЭС по 40 лет, – говорит электрослесарь Альберт Глазнев. – Мы с отцом 24 года трудились в одной бригаде. Я пришел после школы, сейчас у меня шестой, самый высокий рабочий разряд. Параллельно освоил еще несколько специальностей.

Порой бывает и физически тяжело, и чуть-чуть нервно, работаешь с молодыми, которые только приходят. За них отвечаешь, чтобы никуда не залезли и ни подо что не попали. Стараешься их научить, для этого надо иметь терпение.

На станции Альберт трудится 35 лет. Раньше не было смартфонов, и досуг в бригадах проводили, играя в настольный теннис, шахматы или шашки. Кто не умел, того обучали. Альберт участвует в различных соревнованиях по шахматам и шашкам, несколько раз занимал призовые места. А еще на станции регулярно проводятся спартакиады, турниры по волейболу, футболу и другие спортивные состязания.

Сейчас Усть-Илимская ГЭС входит в компанию Эн+, основанную Олегом Дерипаской. На станции идет обновление по комплексной программе модернизации под лозунгом «Новая энергия». Недавно заменили четыре рабочих колеса.

– Когда оборудование привезли, кто-то предложил перенять традицию кораблестроителей, – вспоминает Сергей Голубев. –  Мы подвесили бутылку шампанского на мостовом кране и разбили ее о рабочее колесо. Оно весит порядка 90 тонн, так что никакого вреда ему не нанесли, зато благословили в «добрый путь».

Все чаще в последнее время открываются новые месторождения и строятся предприятия, развивается БАМ, а значит растут потребности в энергии, вводятся новые линии электропередач.

«Седина в проводах от инея… ЛЭП-500 – непростая линия…»  – эту легендарную песню, ставшую гимном энергетиков, Пахмутова, Добронравов и Гребенников посвятили первопроходцам, которые, пробиваясь через тайгу, строили ЛЭП Братск – Усть-Илимск.

Недавно были введены в строй воздушные линии электропередач по 500 киловольт Усть-Илимская ГЭС – Усть-Кут–1, Усть-Илимская ГЭС – Усть-Кут–2 и Усть-Илимская ГЭС – Усть-Кут–3. Никто не сложил об этом песен и стихов, не славил строителей как героев. Некогда знаковое событие – провести через тайгу ЛЭП – стало обыденным делом. Так и должно быть, ведь прогресс не стоит на месте, развиваются наука, техника, общество, а с ними обновляется и совершенствуется Усть-Илимская ГЭС.

Текст и фото: Марина Круглякова



Система Orphus
Print Friendly, PDF & Email

Last modified:

Добавить комментарий

Pin It on Pinterest