Очарованная странником


Ирина Конюхова – жена известного путешественника и художника Федора Конюхова. На первый взгляд – пара из разряда “коса и камень, лед и пламень”. Ирина – доктор юридических наук, профессор Российской академии правосудия, преподавала в Сорбонне (Франция), Фрибургском университете (Швейцария), автор книг и разработчик проектов конституций африканских государств.

– Вы познакомились с Федором, будучи уже вполне сложившейся личностью. В какой мере муж оказывает на вас влияние?
– Федор художник и считает меня своей музой. И хотя он любит меня такой, какая я есть, ему иногда нравится вносить в мой образ нечто новое. В какой-то мере он оказался Пигмалионом, а я Галатеей. Ему нравится, когда женщина носит длинную юбку, блузу свободного покроя, когда ее лицо естественно и без макияжа. Едва мы поженились, мне пришлось кардинально обновить свой гардероб. Приталенные пиджаки, узкие брюки и юбки – в общем, вся одежда, относящаяся к стилю деловой женщины, была сложена нами в мешки и почила на помойке. Вслед за одеждой в мусорный контейнер полетела косметика и эффектные аксессуары. Я доверилась ему и не жалею об этом. Для меня это был эксперимент. Можно сказать, он удался: просматривая свои фотографии времен девичества, я нахожу, что мало изменилась. Федор как бы вернул меня к моему естеству. Гладкая прическа, скромная, целомудренная одежда… Ну, раз ему так хочется, решила я, то пусть сам и занимается пополнением моего гардероба. Простую одежду сейчас довольно трудно найти. Но Федор взял на себя это бремя и теперь лично покупает вещи, на его взгляд, мне подходящие. Впрочем, наши взгляды в этом практически совпадают.
– Как вы справляете семейные праздники?
– По-разному, но всегда романтично. Приход 2004 года, например, отмечали во Франции на яхте “Алые паруса”. Купили две маленькие елочки в горшочках, что-то типа бонсай, по-французски “пёти арбр” – маленькое дерево, и нарядили колокольчиками. Встреча Нового года на яхте оказалась символичной. Несколько месяцев спустя мы прожили на ней сорок четыре дня, пересекая Атлантический океан по маршруту Барбадос–Англия. А 2003-й встречали в бассейне, наполненном прохладной водой, в художественной мастерской Федора. Включили тихую приятную музыку, расставили свечи, шампанское, фрукты… Мы любим создавать друг другу праздник.
– Как это удается, если вы столь часто оказываетесь в длительной разлуке?
– Да, часто бывает, что торжественные дни мы справляем порознь. Это может быть не одна, а две или три подобные даты за экспедицию. Поэтому я тоже тщательно готовлюсь к Фединому путешествию. Заранее покупаю подарки, красиво их упаковываю, пишу сентиментальные записки, и он забирает все это с собой. Но как только муж оказывается один, он тут же все распаковывает! Он словно маленький ребенок – не может выдержать ожидания, слишком большое искушение. И тем не менее я каждый раз повторяю эту процедуру. Потом Федор мои записки вклеивает в свой дневник и во время путешествия часто перечитывает.
– У вас дома есть животные?
– Мы их очень любим, но в силу обстоятельств не можем себе позволить держать дома. Вечно в разъездах… С нами живут только две черепашки – Соломон и Нефертити. Эти черепахи – путешественницы. Мы трижды брали их с собой в Париж, один раз в Швейцарию. Ночью выводили гулять на улицу, как говорится, попастись. Редкие прохожие удивлялись – кого это мы, согнувшись, высматриваем в темноте. Федор, проходя таможню, провозил их в нагрудных карманах жилета, точно контрабанду. Они словно символ нашей супружеской жизни. Черепахи прошли с нами караваном в экспедиции “По следам Великого шелкового пути” весной–летом 2001 года.
– Вы практически всегда встречаете и провожаете мужа в его экспедиции, несколько раз были его спутницей. Какое путешествие наиболее врезалось в память?
– Дельфины – ангелы моря! Это случилось в нашем последнем совместном плавании в Атлантике. Ко второй половине перехода мы были измотаны не только физически, но и морально. Погода плохая, океан серый, впереди ожидался шторм. Хотелось одного – поскорее добраться до берега. И вдруг мы увидели чудо! Наше почти дрейфующее судно догнала стая дельфинов и стала плыть вместе с нами. Дельфинов было не пять, не десять… А сотни! Они выпрыгивали из воды, чтобы нас разглядеть, разрешали гладить спины. Это продолжалось больше восьми часов. Дельфины как бы говорили нам: “Не бойтесь. Вы здесь не одиноки! Вокруг вас жизнь!” Для нас это было колоссальной моральной поддержкой. В шторм мы, несмотря на прогнозы, не попали. Дельфины нас от него “отвели”.
– Путешествия всегда связаны с трудностями. Вы не боитесь стать мужу обузой?
– Когда Федор взял меня в путешествие с караваном по Калмыкии, я старалась не усложнять ему жизнь. И все-таки одну проблему я решить не могла. Калмыки к нашему приезду приготовили самых лучших и горячих коней. Федор дерби устраивать не собирался, поэтому постарался сменить их на более спокойных лошадей. Ему подобрали мерина Боливара, смирного и умеренного, а мне пригнали старого коня, имени и возраста которого никто не знал. Я дала ему имя Каштан, покормила сахаром, и с этого дня начались мои мучения. Федор ехал впереди каравана и хотел, чтобы я всегда была рядом. Но не тут-то было. Каштан потихоньку замедлял ход и отставал от группы. Я уговаривала, подгоняла, взывала к его совести – все бесполезно. Каждый день он оказывался в хвосте, чем безмерно сердил Федора. Через некоторое время нам встретился пожилой калмык, который, увидев моего коня, воскликнул: “Как здесь оказался самый ленивый конь Калмыкии?! Его в свое время отправили на пастбище пасти овец. Ни на что более он был не годен”. В итоге я пересела на верблюда, чем мы с мужем были очень довольны.
– Вы часто проводите вместе отпуск?
– Отпуска у нас не бывает. Слишком много планов и задач на эту жизнь. Но когда совсем устаем – смена обстановки или долгожданная передышка приходят сами.
– Конюхов-путешественник чувствует себя в городе комфортно?
– Прожив с Федором достаточно долго, я сделала для себя открытие, что в городе он очень быстро подхватывает вирусные инфекции. Возможно, за время экспедиций у него исчезает иммунитет к городским болезням. Грипп проходит в тяжелой форме. Федор надевает теплую шапку, укрывается поверх одеяла тулупом, но ему все равно холодно. В такие моменты я сама готова отправить его в далекое путешествие, подальше от цивилизации, лишь бы он был здоров.
– Существуют ли люди, которым ваш муж хотел бы подражать?
– Его восхищают масштабные люди. Мой муж – человек крайностей. Самое страшное для Федора – это посредственность, серость. Это отношение переносится и на брак, он трепетно относится к союзам некоторых известных людей. Часто сопоставляет нашу жизнь с семейной жизнью Миклухо-Маклая и его жены Маргарет или Николая и Елены Рерихов. Эти люди привлекают Федора тем, что у них были духовные и творческие союзы. Он очень ценит мою сдержанность, поддержку и понимание. Наши отношения наполнены духовностью, и это, пожалуй, самое главное.
– Федор Конюхов стремится жить на пределе человеческих возможностей. Вам бывает его жаль?

– Мне его жалко всегда. Но иной раз эти чувства слишком остры. Когда я встретила Федора в Барбадосе после перехода через Атлантический океан на гребной лодке, мне было жаль мужа до слез. Он полтора месяца не ходил, и его ноги стали похожи на зубочистки. Не мог самостоятельно сойти на берег. Нам пришлось чуть ли не нести его на руках. Я массировала ноги мужа и плакала. Каково же было мое удивление, когда вечером этого же дня он стал бодро ходить, а чуть позже радостно спросил: “Ну что? Будем готовиться к следующему путешествию?”
– Сентиментален ли ваш муж в обычной жизни?
– Федор сам щедр на нежность, очень любит ласку и внимание. Ему нравится, когда я стригу ему волосы и бороду. Для него это один из показателей нашей близости. И не важно, как я его подстригла… Главное, что в этот момент я проявляю к нему внимание. Федор очень отзывчив на ласку, поэтому все наши ссоры можно предотвратить. В этом смысле мне повезло – у меня есть к нему ключик.
– Такое впечатление, что между вами существует энергетическая зависимость…
– Когда мы вместе куда-то идем, он все время держит меня за руку. Сначала мне казалось, это чтобы я не отставала… Потом поняла – у него в этом потребность. Если он теряет мою руку, то тут же начинает ее искать. Это происходит и дома. Мы постоянно чувствуем необходимость друг в друге. Он очень чувствительный человек. Его все трогает. И природа, и животные, и, естественно, любимая женщина. Считаю, мне повезло, что я стала его любимой.
– Ваш муж ревнив?
– Скорее да, чем нет. Наверное, мы оба ревнивы. Просто стараемся не давать для этого повода и бережно относиться друг к другу. Иногда Федор сам, пытаясь вызвать мою ревность, придумывает что-нибудь забавное. “Вот ты сейчас уйдешь на работу, – говорит он, – а ко мне молоденькая журналистка прийти собиралась. Может, останешься? Что я с ней буду делать один?” Я читаю в его глазах лукавство и все же остаюсь. На самом деле приходит не девушка, и даже не дама, а вообще мужчина. Иногда никто не приходит, но Федор добивается своего – я в этот день остаюсь с ним.
– Ваш муж любит одиночные путешествия. В нем есть что-то от рака-отшельника?
– Мне иногда говорят, что Федор выбрал себе такую профессию, потому что ему никто не нужен. Это большая иллюзия. Он легко уходит в свои путешествия, потому что знает, что ему есть куда вернуться, что его ждут, что он кому-то нужен. Я не могу запретить ему путешествовать. Это значило бы обрезать ему крылья.
– Ваш муж довольно непритязателен в одежде…
– Федор любит все красивое. Я бы сказала, он эстет. У него есть элегантный костюм от Кардена, который ему очень нравится. Но если бы ему пришлось ходить каждый день в таком костюме, то он давно бы умер от скуки. Ему постоянно нужны перемены и движение. Это касается всего: и погоды, и одежды, и трудностей. Единственное, что, как он говорит, не должно меняться в его жизни, – это мое присутствие.
– Часто ли вы, находясь вместе, что называется, валяете дурака?
– У нас очень лучезарные отношения. Когда нас не отвлекают житейские дела и заботы, становимся детьми. Это выражается во всем. Мы фантазируем, играем, смеемся.
– Вы именно таким представляли в юности своего мужа?
– Будучи студенткой, я ночевала однажды у своей подруги. По старому русскому обычаю загадала: “На новом месте приснись жених невесте”. Мне приснился человек в свитере, с бородой. Я не видела его лица. Утром проснулась и сказала подруге: приснился или художник, или путешественник, или геолог. Мы посмеялись, но сон остался в памяти. И когда я увидела Федора, то сразу поняла, что это он. Тот человек, который приходил ко мне во сне.
– Вы можете назвать себя счастливым человеком?
– Когда мы с Федором только познакомились, я открыла для себя истину: живя с этим человеком, о себе нельзя думать вообще! А уж жалеть себя особенно. Тогда ты будешь счастлив. Я себя не жалею. Если и есть какая-то другая любовь – то я ее не хочу!

Ирина Асаба



Система Orphus
Print Friendly, PDF & Email

Last modified:

Добавить комментарий

Pin It on Pinterest