В поисках тепла и новой, не виденной ранее архитектуры, Алексей Егоров с дочерью отправился в Узбекистан. Как переходили границу, на чем добирались, где ночевали и что ели – в этой статье.
Улететь в Ташкент на самолете мы надеялись до последнего. Но билеты, которые еще в начале марта стоили чуть больше 9 тысяч, в преддверии Навруза подскочили до 16 (без багажа) и дешевле не становились. Да и не было уверенности в том, что рейс не задержат или не отменят. Поэтому поехали в Узбекистан на поезде «Казань – Ташкент».
Восточную отделку «дома Половцева» выполнили лучшие народные мастера.
Поезд пересекает казахско-узбекскую границу около трех часов ночи. Это значит, целый день насмарку – будешь высыпаться после общения сначала с казахскими пограничниками, а потом с узбекскими. Поэтому мы решили сойти в казахском Туркестане, известном своими древностями, из него перебраться в Шымкент, а оттуда – на маршрутке до границы.
Так наше путешествие растянулось на 19 дней и стало международным. Границу пройти легко, причем в обе стороны. Единственная проблема – таксисты. Не ведитесь на их уговоры. От КПП «Навои» (это уже с узбекской стороны) пройдите чуть дальше до остановки зеленого автобуса № 120. На нем можно доехать до рынка и одноименной станции метро «Чорсу» в Ташкенте всего за 4 тысячи сумов (25 рублей). Сумы на первый день мы приобрели по хорошему курсу в Шымкенте.
Гостей ташкентского планетария встречает скульптура Алисы Селезневой.
Не туристы, а паломники
Жилье в Узбекистане мы искали при помощи Русской православной церкви – вариант не для обычных туристов, а для паломников. Узбекистан в этом отношении очень привлекательная страна. В местных православных храмах хранятся уникальные святыни, а в Самарканде так и вовсе находится мавзолей ветхозаветного пророка Даниила.
Центральный зал «дома Половцева» имеет трехъярусный деревянный потолок, покрытый художественной росписью.
На практике поиск жилья выглядел так. Примерно за месяц до поездки я нашел через поисковик сообщества интересующих меня приходов и написал их админам (как правило, это были настоятели храмов): мол, православные христиане, ищем ночлега при храме или у таких же, как мы, верующих людей. Необязательно нас пускали к себе бесплатно, но всегда это были люди порядочные, надежные и на одной с нами волне.
Керамика, украшенная национальными узорами, – практичный и недорогой сувенир из Узбекистана.
Здесь русский дух…
В Ташкенте нет проблем с русским языком и довольно много славян. Так, нашу первую поездку в местном метро оплатила девушка Валерия. Дело в том, что терминалы оплаты проезда здесь не выдают сдачи, а при себе у нас были только крупные купюры. Девушка учится на первом курсе ташкентского филиала СПбГУ, не знает узбекского, зато на хорошем уровне владеет английским.
Ансамбль Регистан в Самарканде – популярное у иностранных туристов место для фотосессий.
Накануне нашего приезда в Ташкенте открылся Центр исламской цивилизации. Мы его осмотрели со стороны. Во-первых, потому что входной билет дорогой. А во-вторых, все-таки в Узбекистан мы приехали за старинной архитектурой. В этом отношении расположенный по соседству с центром ансамбль Хазрати Имам куда как интереснее – в нем есть мавзолей и медресе XVI века.
Очень рекомендую Музей декоративно-прикладного искусства на улице Ракатбоши, дом 15. Музей располагается в бывшем дворце дипломата и ориенталиста Александра Половцова. Интерьеры декорированы искусной резьбой по дереву и ганчу (разновидность алебастра), а среди экспонатов – оружие, керамика, ювелирные украшения, ткани и ковры ручной работы.
Своды мавзолея Тимуридов в Самарканде украшает искусная роспись и очень много золота.
Где бы вы ни находились в Ташкенте, в шаговой доступности всегда будет заведение узбекской кухни. Мы посетили ресторан сети Nomdor и Центр плова Besh Qozon у подножия Ташкентской телебашни. Два вида плова: ташкентский свадебный и самаркандский с лепешкой и салатом – нам обошлись в 915 рублей. Заодно можно посмотреть, как готовят в огромных казанах это традиционное узбекское блюдо.
Город тигрольвов и золотых залов
Из Ташкента мы на автобусе поехали в Самарканд – один из древнейших городов постсоветского пространства. Расстояние между городами – 310 километров, все автобусы – с кондиционером. Билет стоит всего 282 рубля, но на вокзале вам постараются «впарить» автобус «повышенной комфортности» по цене в три раза дороже. В нашем автобусе ехало несколько иностранных туристов, в том числе трое молодых японцев.
Скульптурная композиция «Тигры – стражники Самарканда».
На следующий день на Регистане и у мавзолея Тимуридов мы встретили туристические группы из разных стран Европы и мира. Их сопровождали местные гиды, владеющие иностранными языками. Официанты в ресторанах и продавцы в сувенирных лавках обращаются к клиентам на английском и не всегда понимают русский.
В конце XIV века Самарканд сделал своей столицей эмир Тимур. «Отправляясь в поход, велел Тамерлан каждому воину оставить у дороги камень…» – многие вспомнят рекламу банка «Империал», популярную в 90-е годы.
При внуке Тамерлана (это имя переводится как хромой Тимур) Улугбеке в Самарканде начали возводить ансамбль Регистан. Два медресе в составе ансамбля: Тилля-Кари и Шер-Дор – настоящие жемчужины исламской архитектуры. Залы медресе Тилля-Кари сплошь покрыты рельефной многоцветной росписью кундаль. По некоторым данным, на отделку залов ушло 14 килограммов золота.
Коллективный снимок у медресе Шер-Дор.
Арку портала медресе Шер-Дор украшает изображение пары тигров с львиной гривой на фоне человеколикого солнца. У мусульман-суннитов, как известно, запрещено изображать животных, но в шиитские времена доисламский культ гигантских кошек соединился в Самарканде с культом пророка Али. Этот причудливый синтез и нашел отображение в фантазии мастеров, создавших фасад медресе Шер-Дор.
В двух километрах от Регистана находится гробница Тимуридов, более известная как Гур-Эмир. Ее золоченые интерьеры по красоте соперничают с залами медресе Тилля-Кари. По сохранившемся в гробнице костям черепа Тимура в 1941 году восстановили облик великого полководца. Надо сказать, он не имеет ничего общего с тем, что тиражируют в современном Узбекистане. Как оказалось, Тимур был монголоидом, а узбеки ближе к европеоидам.
В Самарканде мы впервые отобедали в народной чайхоне. Без какого-либо внимания к интерьеру и битком забитой посетителями. Но и без обязательных чаевых. Такого рода заведения можно найти на любом рынке или просто на удаленной от основных достопримечательностей улице. Шашлыки и люля здесь стоят в разы дешевле, а по вкусу такие же классные.
Самаркандский Регистан в лучах подсветки.
Бухарский мавзолей
Автобус «Самарканд – Бухара» при том же расстоянии в 300 километров стоит в 4 раза дороже. Нам посоветовали не брать билеты в кассе, а поймать автобус на трассе возле автостанции и договориться с водителем. Ввиду установившейся пасмурной погоды мы поступили еще проще – доехали до Бухары автостопом. Заодно пообщались с местными жителями.
Исторический центр Бухары – крепость Арк. Современный вид она приобрела в XVI веке в правление династии Шейбанидов и до 1920 года использовалась как резиденция бухарских правителей. Пузатые стены цитадели сложены из сырцового кирпича и ощетинены бревнами. По бревнам было удобно карабкаться вражеским воинам, но они же придают всей конструкции прочность и помогают отводить влагу.
Игрушечные узбеки в национальных костюмах.
Так как сегодня Арк – это музей-заповедник, почти все его здания отданы под выставки. Мне особенно понравилась экспозиция в мечети Джоме, посвященная каллиграфическим инструментам и древним книгам. Еще в Арке можно увидеть бухарских ремесленников – чеканщиков и краснодеревщиков – за работой. Цены на их продукцию кусаются, но за съемку и расспросы никто денег не берет.
В километре от цитадели находится мавзолей Саманидов IX–X веков. Витиеватая кирпичная отделка здания изобилует символами зороастризма – древней персидской религии. Например, четыре вложенных друг в друга квадрата, самый внутренний из которых заключает в себе круг, символизируют единство неба и земли.
Туристы отдыхают перед посещением очередного музея внутри цитадели Арк в Бухаре.
При Тимуре мавзолей избежал разрушения, потому что к тому времени более чем наполовину ушел в землю. То есть, по сути, в нынешнем виде мавзолей Саманидов – это памятник, откопанный археологами в центре большого города. За вход в мавзолей не берут плату, что, вообще-то, редкость для Узбекистана. Здесь даже посещение туалета внутри музея-заповедника стоит денег.
Ичан-Кала. Исторический центр Хивы столь огромен, что сфотографировать его целиком можно только с дрона.
В Бухаре в ресторанчике недалеко от Арка мы единственный раз за всю поездку были разочарованы. Манты принесли маленькими и холодными внутри, а мясо к плову – жестким. К итоговому чеку хозяйка заведения приплюсовала соус, который мы не заказывали, а на все наши вопросы перестала отвечать по-русски. Отсюда совет: уточняйте итоговую стоимость заказа в кафе и ресторанах заранее.
В Ургенч за одеждой и рыбой
Расстояние от Бухары до Ургенча в 420 километров мы преодолели на поезде. Будь у нас международная банковская карта, билет на него можно было бы купить за 800 рублей. Сайт РЖД автоматически прибавляет к цене билета еще 450 рублей. Хотя рейс дневной, от этой формальной оплаты постельного белья нельзя отказаться.
Бухарский Арк в плане напоминает созвездие Большой Медведицы, но без «хвоста».
Сам Ургенч интересен как обычный, не туристический город Узбекистана. Идеально чистые центральные улицы, хорошо сохранившиеся советские мозаики, статуя великого предка и рынок, на котором мы закупились подарками. Примечательно, что сухофрукты здесь стоят как в России. Но так как цены на товары тут указывать не принято, возможно, туристам их просто завышают.
У медресе Чор-Минор в Бухаре необычная архитектура. Двухэтажная купольная постройка увенчана четырьмя угловыми башнями, по форме напоминающими минареты. Декор башен не повторяется.
В итоге закупились женской одеждой – колоритной, хорошего качества и реально дешевой. Брючный костюм покроя, который условно можно назвать мусульманским, обошелся всего в 1200 рублей. Тюбетейки разного фасона, в том числе разноцветные, для дам – от 100 до 400 рублей.
Арк – место работы десятков ремесленников, тут же и продающих свою продукцию всем желающим.
По приезде в Ургенч прихожанки местной православной церкви в честь Иова Многострадального Айна и Ольга угостили нас жареной рыбой. Эта рыба, выловленная в Амударье, нам так понравилась, что все три дня в Ургенче мы только ей и питались. Магазинчик, где продавали рыбу, находился неподалеку от гостиницы.
Выдающийся недострой
Из Ургенча ходят маршрутки до Хивы. Ее исторический центр – внутренний город Ичан-Кала – имеет площадь 26 гектаров. Ичан-Калу называют самым старым и хорошо сохранившимся средневековым ансамблем Центральной Азии. Хотя у этой оценки есть критики.
Памятник Джелал ад-Дину Мангуберди в Ургенче. Это самая большая конная скульптура из бронзы в мире.
Судите сами: самая ранняя отреставрированная постройка ансамбля – цитадель Кунья-Арк – датируется концом XVII века. А символ Хивы – минарет Кальта-Минар – и вовсе начали возводить в 1852 году, но уже через три года прекратили. Получился усеченный конус высотой 29 метров при плановых 70. Согласно легенде, виной тому было бегство архитектора, узнавшего о планах хана ослепить его после завершения строительства, чтобы он никогда не смог повторить такой шедевр в другом месте.
В Хиве можно купить тюбетейку на любой вкус, цвет и вид оперения.
Важно знать, что без регистрации в Узбекистане можно находиться не более 15 дней. За нарушение предусмотрены большие штрафы.
Тельпеки из овечьей шкуры напоминают о близости Хивы к границе с Туркменистаном.
Мы в этот срок уложились, а по возвращении домой оценили свое путешествие по Узбекистану как ознакомительное. В каждом из городов нам осталось что посмотреть, а кроме того, хотелось бы увидеть экспозицию Музея искусств имени Савицкого в Нукусе и доехать до высохшего Аральского моря. Вот вам и план на следующую поездку в эту колоритную страну.
ТЕКСТ И ФОТО: АЛЕКСЕЙ ЕГОРОВ
