На "самом" Севере

Это местечко называется Ловозеро. По имени водоема, самого красивого на полуострове. Здесь нет никакой промышленности, кроме оленеводческой фермы и фабрики по пошиву изделий из оленьих шкур. Непривычным для нас, москвичей – измученных толпой, пробками, шумом – оказался простор. И тишина. Плотность населения, как нам сказали позже в краеведческом музее, очень невелика – 1 человек на 3 квадратных километра. Поехав в самое крупное поселение саамов в России, мы представляли их как типичных коренных малочисленных народов Севера – низкорослыми, коренастыми, смуглыми, кареглазыми. А увидели высоких, голубоглазых, светловолосых людей.
История этого народа начинается в Скандинавии. Люди там совсем другие – не испорченные цивилизацией. Живут аскетично, едят простую домашнюю пищу, не спиваются, честные и открытые. Что интересно – владеют саамским языком, но при этом говорят на хорошем русском. Мы привыкли к нищим у метро, а здесь по селу бегают сытые собаки!
Когда мы приехали, немного погуляли по поселку и зашли в Музей истории саамской культуры. Экскурсовод – чудесная женщина, вместо того чтобы готовиться дома к Новому году, она задержалась с нами и с удовольствием рассказывала о саамах.
А потом был Новый год. Встречать его нас отправили в тундру, прямо в чум. Везли нас туда на снегоходах. Все думали, что в условиях полярной ночи – когда солнце вообще не поднимается над горизонтом, а день можно назвать таковым весьма условно – мы тундру не увидим. Наоборот! Там дороги абсолютно белые, все белое, снег светится – ночь вроде, а светло как днем. К тому же нас экипировали на сильные холода – 40–50 градусов мороза. Как оказалось, зря – в Новый год температура ниже минус 2 градусов не опускалась.

… Из чума мы уехали в шесть утра – время пролетело совсем незаметно. Омрачило праздник только одно – не было северного сияния. Я мечтала, конечно, его увидеть. Но было слишком тепло, а сияние появляется только в холода.
Зато утром наблюдали странное явление. Вдруг все вокруг стало розовым. Все-все, розовый воздух, розовые дома, розовые люди. Побежала к проводникам, спросила, что это. Никто мне толком не объяснил – говорят, что уже не замечают, привыкли. Облака на небе небольшие, рваные, совсем другие, у нас таких нет, и они очень-очень быстро меняли форму. Это, конечно, не северное сияние, но очень красиво.
На следующий день мы ездили в тундру на снегоходах вдоль озера. Такие масштабы жителю мегаполиса представить трудно. Примерно 70 километров пути – и все вдоль озера. Ловозеро – это что-то невероятное. Оно, как жемчужина в ладошке, окружено цепью гор. Гребни, сопки и долины… Рассказывать об этом бессмысленно, надо видеть.

Кстати, о пище. Нас угощали олениной. Не соленой сырой строганиной – для нее было слишком тепло, и мясо могло испортиться. Мы ели шашлык и мясо на ребрышках. По вкусу оленина напоминает говядину, но чуть темнее по цвету. Нужно сказать, что мясо оленей они постоянно не едят – оно не продается в магазинах. Как сказал проводник, едят оленину только на праздники. В оленеводческом совхозе поселка содержится 18 тысяч голов, и счет там идет на плюс-минус сотню. Пропадет один – никто не заметит, съели и съели… Кстати, в плане еды саамы очень интересная народность. Во время эволюционного пути все занимались в первую очередь собирательством, а уж потом охотой. Саамы же не собирали ни грибов, ни ягод, вообще ничего не выращивали. Ловили рыбу, охотились на зверей. Сейчас живут, как и сотни лет назад, только на зиму появились снегоходы, на лето – моторные лодки. Охотятся на зайца, росомаху, некоторых птиц.
Саамы очень дружат со своими родичами из Норвегии и Финляндии. До последнего времени они исповедовали язычество, шаманизм, но когда смешались с русскими, стали православными или просто светскими. Но к своей истории относятся уважительно. Мой муж попросил проводников свозить нас к бабушке-шаманке, на что ему очень серьезно ответили, что это не игрушки и шутить с этим не нужно.
Норвежцы, как мне рассказал наш проводник, устраивают фестивали культуры, создают фонды материальной поддержки вымирающей в России народности. Часто появляются смешанные браки. Национальность у саамов считается по мужской линии. Например, если девушка вышла замуж за русского, то считает себя русской.
Четыре дня на Ловозере пролетели для нас совсем незаметно, остались только фотографии костров в тайге, вокруг которых мы играли в национальные игры (бросание колец, арканов – в общем, все там связано с оленеводством), пропахшие дымом куртки и сувениры.
С Ловозера я привезла себе на память обувь (до сих пор спорим, как называется – сапоги или бурки) из оленьей шкуры. От русских валенок эта обувь отличается полной непромокаемостью. А муж привез красивый охотничий нож из дерева и кости.
Совсем не жалею, что не осталась на праздники в Москве, что не отмечала Новый год в Подмосковье. Правда, летом приезжать на Ловозеро саамы не рекомендовали – туристов много, палатки друг на друге, рыбаков приезжает туча. А зимой совершенно чудесный отдых – но для тех, кто хочет отдохнуть спокойно.

Карина Обухова

Как добраться

Поезд № 16 Москва (Ленинградский вокзал) – Оленегорск. От Оленегорска до Ловозера – рейсовый автобус, нанятый транспорт.
Самолет Москва (“Шереметьево-1”) – Мурманск. От Мурманска до Ловозера – нанятый транспорт.



Система Orphus
Print Friendly, PDF & Email

Last modified:

Добавить комментарий

Pin It on Pinterest