«Я живу в минивэне на улице Рубинштейна»

История повара, который проехал на своем микроавтобусе по России, а теперь поселился в нем прямо на главной ресторанной улице Петербурга

В 2011 году молодой американец Фостер Хантингтон уволился с модной работы в Ralph Lauren и переехал жить в минивэн. На нем он путешествовал по Штатам, попутно показывая свои приключения в инстаграме, где главными хештегами его авантюры стали VanLife и Home is where you park it («Дом там, где ты его припарковал»). Своим примером он вдохновил множество людей в Америке и Европе. VanLife стало считаться движением с определенным стилем: минивэны перестраивают в уютные микро-дома с кухней, кроватью и непременно — гирляндой. В России настоящих энтузиастов VanLife пока очень мало.

Мы неожиданно познакомились с одним из немногих последователей VanLife в наших широтах — Юрием Келько. Его разукрашенный граффити минивэн еще летом во время чемпионата мира по футболу многие заметили на улице Рубинштейна в Петербурге. В город на нем он приехал из Уфы и теперь работает поваром в раменной, которую недавно открыла  прославленная петербургская команда поваров Duoband.

По просьбе The Village Аня Шиллер поговорила с Юрием и даже прокатилась с ним от Рубинштейна до Финского залива и обратно.

«Неинтересно жить в системе — ты, как зомби, всего боишься и шугаешься»

Изначально я из Минска, прожил там 25 лет, выучился на повара — с детства любил помогать маме с бабушкой на кухне. Году в 2013-м начал увлекаться низкими машинами — ну такими, которые ездят на пузе, трут асфальт. А потом решил совместить кухню с машиной и построил свой проект — Low Kitchen. У меня в багажнике жигулей, «копейки», был складной гриль, я вытаскивал его на улицу, готовил на углях бургеры и хот-доги. Все как положено. С этим проектом я объездил всю Белоруссию и частично Россию.

В 2015 году мне все надоело — и я уехал жить в Уфу к друзьям. Много там всего было. Всю ресторанную тусовку взбаламутил, получив премию «Собаки». У чуваков там многомиллионные бизнесы, а я на своей ржавой тачке нелегально продавал еду. Но я намеренно на это шел, потому что неинтересно жить в системе — ты, как зомби, всего боишься и шугаешься. Не сказать, что много зарабатывал, но этого хватало на бензин, на новые кеды, на ремонт тачки — самые обычные вещи. Я мог позволить себе спокойно с чуваками пить пивко во время готовки. Настроение было крутое. Меня за это и любили. Потом у меня машину угнали малолетки-беспризорники.

В моей жизни произошли события, которые изменили мое восприятие жизни. В сентябре 2016-го я похоронил свою девушку. И понял только одно: жизнь может быть настолько коротка, что глупо не делать то, что приносит тебе удовольствие, и не кайфовать, как в последний день, но в разумных пределах, то есть не жрать наркоту килограммами и не валяться потом в конвульсиях. Жить надо не как все, не по системе, не по шаблонам.

«Я четко решил, что сделаю дом на колесах»

Я планировал сделать фуд-трак и купил под это дело чистокровный американский автобус на 14 мест — Dodge Ram Van. Когда посчитал бюджет на ремонт, стало ясно, что у меня такие бабки будут, но еще очень нескоро. Параллельно я угорал в инстаграме по фоточкам ребят, которые в VanLife- движухе. Смотрел видео про них и думал: «Ну это настолько круто, прям вообще». При этом понимал, что в России такого нет в принципе. Может, кто-то где-то путешествует по две недели, но не прямо так, чтобы жить в тачке каждый день — и это типа твой дом. Я подумал, что в автобусе можно стоять в полный рост, места в нем немерено, по габаритам он подходит. В один из вечеров четко решил, что сделаю дом на колесах.

Я никогда не имел дело с ремонтом, а бюджета на строителей не было. Бюджета в принципе не было. Средства приходили неожиданно: то тут пригласили поготовить, то там какая-то тусовочка. Как-то все сошлось, что мне нужны были деньги — и они появлялись. Это не сотни тысяч рублей, конечно, а десять, пять, четыре, три. Короче, не космос. Моим ориентиром в строительстве были ролики на ютьюбе, где американцы и европейцы делают ремонт своих вэнов. Если попадались видео из России — это было настолько убого, колхозно: чуваки заносили старые бабушкины шкафы к себе в машину, линолеум стелили. Короче, это дикий не стиль.


Некоторые люди говорили потом, что у меня круче, чем у них в съемной квартире

Я решил, что буду делать все в духе европейцев — деревянное, уютное, ламповое. Иностранные языки плохо знаю, так что ориентировался на картинку: смотрел, что они делают, понимал, как чего. Перестраивал автобус прямо на улице около подъезда. Люди ходили вокруг, машины ездили, а я сидел, пилил доски, прибивал стены, полы драил от ржавчины. На строительство ушло 15 дней, при этом я параллельно работал поваром в ресторане. За это время в вэне появились полноценная кухня, кровать, биотуалет и комод. Столешницу и полки купил в «Икее». Под раковиной я поставил насос, соединенный с баками в багажнике. Некоторые люди говорили потом, что у меня круче, чем у них в съемной квартире.

Прежде чем съехать со съемной квартиры, выкинул 400 литров хлама, который годами собирал, сам не знаю почему. Забрал себе двое джинсов, две толстовки, три футболки, двое вансов. Получается, это все мои вещи. Продал даже ноутбук, потому что нужны были деньги.

«Трипанули мы нормально»

Ранним утром 1 мая я занес свои последние шмотки в вэн. Повесил куртку, кружки, все закрепил — и мы с корешем двинули в сторону Москвы. У меня был план переехать жить в Петербург. До этого я был в нем всего раз — в прошлом году на стажировке в ресторане команды Duoband. Первое впечатление было: «Как же здесь круто!» Я почувствовал себя как дома в Минске, только Питер, конечно, красивее. После той поездки начал планировать свой побег.

Трипанули мы нормально, считай, половину России проехали на машине. Путь лежал через Казань, Нижний Новгород, Москву. В каждом городе мы ночевали, а утром ехали дальше. Я, когда еще катался по России на своих жигулях с грилем, обзавелся знакомыми из тусовки в разных городах, поэтому нас встречали и провожали очень круто. Мы были как рок-панк-звезды из клипов моего тинейджерства, в которых парни все в татухах, катаются на вэнчиках, скейтах. Лето, берег океана, тусовка — это было примерно так, только с поправкой на русские реалии. Может быть, все было не так красиво, как в клипах, но в целом мы выжали максимум и были максимально свободными парнями, ни в чем себе не отказывали. Могли в любом месте остановиться, сделать себе кофе, обед. Парковались и жили всегда в центре города. Напивались с друзьями, утром просыпались такие: «Что вчера было?! Так, нам надо ехать». Покушали, проветрились — поехали дальше.

В Москве я задержался на пару недель, правда, мне там было очень некомфортно, аж до дрожи. Когда выехал в Петербург, почувствовал, что как камень от ноги отвязали — и выдохнул. По приезде сразу двинул в Сестрорецк, на пляж. Там меня ждал друг с пивом. Я был безумно счастлив там оказаться и встретить рассвет.

«Половину лета я жил на пляже, а половину — на улице Рубинштейна»

Буквально на следующий день после приезда я написал владельцу ресторана, где стажировался год назад, и он меня сразу принял в команду Duoband поваром.

Половину лета жил на пляже, а половину — на улице Рубинштейна, где находится моя работа. В то время проходил чемпионат мира по футболу, и, когда не было матчей, на улице было более-менее сносно. Поначалу мне долбили в тачку, пинали ее ногами, за ручки дергали. Это было стремно, потому что это мой дом — все, что есть в этой машине, это все, что у меня есть в жизни в принципе, а в нескольких сантиметрах от него какой-то пьяный чувак, который может в него залезть. Потом я привык, перестал обращать внимание на шум. Ходят люди, бухают, головы друг другу разбивают. Помню, около моего окна подрались двое бомжей до крови. А я сижу и улыбаюсь — мне все равно, как будто какой-то фильм посмотрел.

Полиция обычно, если открывает мою машину, не понимает, что с этим можно сделать, у них сразу все ломается в голове, перед глазами — синий экран.

«Тут приходится бороться за то, чтобы у тебя все было»

Зимовать мне придется в квартире, потому что машина не утеплена, а электрики, по сути, нет, только аккумулятор. Пока что я спокойной могу спать в тачке, когда на улице минус два. И спасибо ребятам из Duoband: в кафе я могу стирать свои вещи, ходить в душ и заряжать аккумулятор.

По-хорошему, в вэне надо все разобрать и выкинуть, только кухню оставить. И уже с нормальным бюджетом сделать дизайн-проект. Все емкости с водой спрятать под машину, чтобы было максимально много места. В принципе можно оборудовать ее так, что в ней можно будет жить и зимой в Петербурге. Для этого нужно все максимально утеплить, поставить световые батареи и отопитель, который от них будет питаться. Есть долговечные инверторы, гелевые аккумуляторы, лодочные аккумуляторы, которые хранят энергию очень долго.

Это не так, что ты пришел домой и у тебя там все есть — тут приходится бороться за то, чтобы у тебя все было, и это подбадривает.

«Просто по трэшу: сесть и поехать»

В следующем сезоне опять намучу себе трип, возьму с собой кого-нибудь. Если бы у меня был фриланс, я бы катался и не парился, не зимовал бы в квартире. Вообще мечтаю жить около океана, на пляже, готовить и продавать самую простую еду: сосиски с булкой и кетчупом, барбекю. Повторять свой проект с грилем не собираюсь — это пройденный этап. Теперь нужна полноценная кухня, чтобы готовить другую еду, но в то же время уличную.

Понимаю, что буду делать несколько следующих лет, и иду к этому, зарабатываю для этого некоторые средства. У меня в планах путешествие по Европе и всей Америке. Без знания языка, просто по трэшу: сесть и поехать. В Европу собираюсь на этой машине, а в Америке возьму напрокат.

Я с радостью поделюсь информацией, если кто-то реально готов попробовать пожить в машине, да даже попутешествовать. Это не так просто, как кажется, но зато экономит очень много денег на жилье. Если самому маршруты строить, находить какие-то крутые места, то прикольно.

Print Friendly

Читай журнал

Скачай №97 декабрь-февраль PDF

Заказать журнал онлайн

Внимание!
Теперь вы можете заказать журнал по почте!
X

Pin It on Pinterest

X