"Тяжкий кошмар" Александра Блока

На 66-м км Ленинградского шоссе есть указатель направо, к музею-заповеднику Блока. До революции там, в окрестностях деревни Тараканово, в нескольких верстах друг от друга жили два профессора Петербургского университета – профессор химии Д. И. Менделеев и профессор ботаники А. Н. Бекетов. Химик приехал первым в 1875 году и поселился в Боблово. Пришел в восторг от окрестностей и вызвал ботаника. Тот купил Шахматово.

Шахматово

В то время в Клинском уезде из 750 дворян 11 были крупными помещиками и владели по 1000 десятин и более, 28 – помещиками средней руки, их владения составляли от 400 до 1000 десятин. Остальные – мелкопоместные. Железнодорожная станция «Подсолнечная», до которой надо было ехать, чтобы добраться в Шахматово, представляла собой большое торговое село с земской больницей, казенной винной лавкой, утлыми деревянными домами и серо-красными постоялыми дворами. Теперь это город Солнечногорск. От него через Прасловский казенный лес шел ухабистый проселок…

Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы расписные
В расхлябанные колеи.

Не бойтесь, сейчас дорога хорошая и «разбрызгивать слякоть» не придется.
Имение Бекетовым было куплено на последние деньги, исключительно из-за красоты окружающего пейзажа и открывающихся в перспективе далей. Все это и сейчас на месте, благо, окрестности стали заповедником.

Вскоре в доме профессора поселилась ушедшая от мужа дочь, Александра Андреевна Блок (урожденная Бекетова), с шестимесяч-ным сыном Сашей. Для них пристроили большую комнату и маленькую светелку для няни. Александр Блок был привезен сюда 6-месячным младенцем в 1881 г. Позже он любил повторять, что «Здесь я был крещен Россией», «Здесь я могу пройти ночью с закрытыми глазами».
«Седейший добрейший старик с длинными волосами» Бекетов частенько бродил с внуком по окрестностям со своей ботанизеркой. Это футлярчик для цветов, листьев, лежит сейчас в музее под стеклом.
Бекетовский внук Саша Блок вырос, он запрягал то белую лошадь, то черную и скакал через поле к менделеевской дочке. Любови Дмитриевне посвящено около 800 стихов. Ни Данте, ни Петрарка своим возлюбленным столько не написали.
Местные крестьяне вспоминали: «Ездил с утра и в ночь, на белой лошади верхом, а мы все видим в окно. То в белом костюме, в белой фуражке, то рыжая лошадка у него, то черненька; все какой-то оригинал. А чаще всего на белой ездил. А раз приехал на навозной телеге решеткой, на кошеном сыром клевере. Наобратно с Любой выехал. Люба в деревенском костюме: сарафан, платок турецкий огурчиками; в навозной телеге, в цветах живых». (Здесь надо уточнить: «навозная» телега – от слова «возить» грузы…).

Они много играли в домашнем театре, «Ромео и Джульетту», например. Ромео, понятно, играл будущий поэт, а Джульетту по воспоминаниям одних – Любовь Дмитриевна, по воспоминаниям других – некая тридцатипятилетняя старая дева тетя Липа. Уже достаточно взрослые Люба с Сашей иногда прятались в лопухах, кида-лись оттуда шишками в прохожих. А уж когда в горелки играли, то к ним присоединялись и сами Дмитрий Иванович с Анной Ивановной.

Венчались молодые здесь же, в приусадебной церкви, жить стали в Шахматове. Там и сейчас все цветет, сахалинская гречиха, привезенная и посаженная Андреем Николаевичем Бекетовым, еще жива. Скоро подрастет сирень, которую недавно посадили вместо той, что Блок в сердцах рубанул после размолвки с женой.
Подлинных вещей Бекетовых-Блоков сохранилось немного, но комнаты восстановлены в точности так, как было когда-то при хозяевах. В спальне бабушки Бекетовой – рукодельный столик с вышивкой, у дедушки – та самая ботанизерка, в голубой гостиной – рояль, только играл на нем не Блок, а Рахманинов (когда инструмент уже принадлежал писательнице Мариэтте Шагинян). Столик, кото-рый то ли подарил, то ли продал Илья Глазунов.
Кто-то из гостей вспоминал: «Впечатление от комнат было уютное, светлое. Не было ничего специфически старого, портретов предков, мебели, создающих душность и унылость многих помещичьих усадеб». Ну да, Любовь Дмитриевна по-декадентски украсила стены веерами и красными рыбками, стол накрыла лоскутным одеялом. Сам поэт любил заниматься благоустройством, но когда надоело, написал: «Домостроительство есть весьма тяжкий кошмар!». Лукавил – Шахматово прелесть как хорошо.

В 1917 году Шахматово разграбили и сожгли крестьяне. Местные рассказывали: «Железо тащили, молотилки. Там страшно было, в Шахматове, – опушка леса, никого нет, совы орут, филины…». «Когда господа уехали, мы с ребятишками картинки таскали из барского дома, картинок там много было… Один парень был постарше нас, не пускает в дом, говорит: «Пятки почешете мне – дам картинок…» Пианину-то мы доломали… Какую пианину разворочали! Бывало, мы ногами по ей прыгали… Маленькие были, ничего не понимали… Знать бы…»

Сейчас все восстановлено. Воссозданы усадебные постройки, дом с венецианским окном, ухожен парк. В углу – дерновый диванчик – канапе. Внизу – пруд, красивее которого в радиусе 300 км я ничего не видела.

Боблово

Через 17 км после Тараканова – правее на Дубровку по указателю. Дорога красивая, расчищенная, хоть и идем мимо редких населенных пунктов. Немного «стиральной доски» после гусеничного трактора – не без этого. Да! Бензоколонок нет, заправляться надо на трассе. Через 4 км – Дубровка, через 3 км – указатель направо на Боблово. Еще километров 5 – и сама усадьба. Повторяю, дорога очень красивая и пустынная.

Так вот куда Блок скакал на белом Мальчике. Он-то напрямую проделывал путь, всего-то верст 6 получалось. Экскурсовод – правнучатый племянник знаменитого химика Менделеева. В 30 лет его двоюродный прадед защитил докторскую диссертацию на интересующую народ тему «Рассуждения о соединении спирта с водой». Сам не пил. «Вкуса водки я не знаю, потому что никогда не пил. На запах напоминает мне прочие яды».

Дмитрий Иванович просыпался среди ночи и работал, днем спал часа 3–4. В ночь на 1 марта 1869 года великому химику приснился интересный сон в виде таблицы. Таблица оказалась периодической системой элементов.
Боблово покупалось в том числе и для сельскохозяйственных опытов. Там Менделеев получал урожаи вдвое больше против крестьянских, применив фосфатные удобрения.
Здесь дочь великого химика впервые увидела соседа, Александра Блока, прогуливающегося с гувернанткой. Началась переписка – как в «Дубровском», почтовым ящиком служило дупло старого дерева.

… Гуляем по заросшему парку. Боблово вообще скоро все зарастет крапивой. А что, Дмитрий Иванович развлекался, выделывая из нее ткань. Даже платье жене сделал из крапивы. Местные крестьяне, правда, не оценили…

Елена Новикова

На трассе:
Где заправиться: 60-й км – на рубль дешевле, чем в Москве.
Что купить: 37-й км – ветряные двигатели от 4416 евро. В воскресенье закрыты (ненормальные!).

Где перекусить: разве что зеленоградский «Макдоналдс», если выехали с голодными детьми, но к нему – нудный левый поворот. Вариант: у деревни Ложки бойкая торговля домашними пирогами.

Пробки: до ИКЕА – на первой передаче, до Зеленограда местами возможна третья, далее по желанию.

Шахматово:
Где парковаться: метров за 300 (средняя поправка на мой глазомер – плюс-минус 50%) – асфальтовая площадка, охраняемая степным ветром. Но 2-3 машины поместятся непосредственно перед усадьбой, у большого камня.
Где подкрепиться: в буфете раньше бывали дивные мармеладные черви, тянулись очень хорошо. Теперь только чипсы и кофе. Детям пообещайте на обратном пути солнечногорский «Ростикс» – он симпатичный.
Время работы: 9.00–18.00, выходной – понедельник. Тел.: 994-04-67.

Боблово:
Где парковаться: за музейным забором.
Где подкрепиться: накрыть на капоте стол из того, что привезли с собой. Прихватите колбаски музейной собачке.
Время работы: 9.00–18.00, выходной – понедельник.

Print Friendly

Читай журнал

Скачай №98 март-апрель PDF

Заказать журнал онлайн

Внимание!
Теперь вы можете заказать журнал по почте!
X

Pin It on Pinterest

X