Из Москвы в Нигерию: жить в джунглях и ездить с эскортом полиции

Москвичка Евгения, которая променяла жизнь в мегаполисе на африканские джунгли, рассказала, как выжить в нетуристической Нигерии

Нигерия – закрытая для туристов африканская страна, где иностранцев могут похитить ради выкупа, и все завидуют белой коже. Здесь нет правил гостеприимства, европейского сервиса и вкусной еды, зато есть водопады, тропические леса, океан и саванны. Москвичка Евгения, которая променяла жизнь в мегаполисе на африканские джунгли, рассказала, как выжить в нетуристической Нигерии.

Вырваться из рутины

В мае 2018 будет три года, как я живу в маленькой деревушке на юге Нигерии на берегу Гвинейского залива. Мне было 26 лет, когда я подписала контракт с крупной российской компанией и переехала в страну, о которой на тот момент ничего не знала. Теперь я официально не резидент России, где с меня не берут подоходный налог, а резидент Нигерии, где у меня есть гринкарта и ID.

Я закончила МГЮА по специальности юрист-международник и хотела контрактов, переговоров, командировок и встреч с иностранными партнерами, а в идеале – работу в иностранной юрисдикции. После выпуска попала в команду, которая занималась строительством объекта в «Москве-Сити». Это частично покрывало мою потребность работы в международной сфере, но со временем не осталось room to grow в плане профессионального развития.

К тому же меня убивали нескончаемые московские пробки, выматывающие поиски бесплатной парковки в центре и нехватка времени на личную жизнь.

Я честно ходила в кино после работы, но толком не посмотрела ни одного фильма – банально засыпала в кресле на вечерних сеансах.

Я могла вздохнуть полной грудью только на выходных, но и тут был цейтнот – за два дня нужно было привести в порядок себя и квартиру, закупиться продуктами и уделить время близким. Желание вырваться из рутины подогревали путешествия, которые давали возможность сравнить, как живут и работают люди в других странах.

До переезда я регулярно путешествовала, и очередная поездка стала переломной. Вернувшись из Австрии в суровую реальность, ощутила резкий контраст между размеренной альпийской жизнью и московской давкой за место под солнцем.

Видимо, это было пресловутое it’s time. Отчаянно сопротивляясь погружению в рутину, стирающему из памяти волшебные каникулы, я в очередной раз зашла на рекрутерский сайт и нашла вакансию, как я сразу поняла – мою. Работа с повышением, в другой стране, в одной из ведущих российских компаний, о которой я всегда мечтала.

Это когда ты понимаешь, что этот человек – твой, эта работа – твоя, эта машина – создана для тебя.

Поэтому я проявила невиданные для себя чудеса настойчивости – звонила сотрудникам HR и демонстрировала заинтересованность. Прошла почти 9 кругов собеседований – до самых топовых менеджеров. Как мне потом рассказывали, глаза у меня горели как надо.

В джунгли за приключениями

Я настолько была занята получением справок, прохождением медосмотра, что не успевала ничего осмыслить. Я не представляла четко, что еду в джунгли. Тянула до последнего с увольнением и почти никому не говорила о переезде, пока не появилась уверенность, что эту работу я заполучила.

Я росла в семье дипломатов во времена, когда почту передавали раз в месяц с дипкурьером, а трехлетние командировки прерывались раз в год на период отпуска. Не было разговоров по скайпу и телефону, не было мессенджеров, благодаря которым есть постоянный эффект присутствия. Мама, в жизни которой была не одна такая командировка, поддержала и отнеслась с энтузиазмом к моему движению вперед.

Но самым сложным оказалось прекратить отношения с десятилетним стажем.

Они, собственно, не прекращались до самого последнего вечера в России – наверное, мы оба не осознавали, что это навсегда и по-настоящему. Я поняла, что произошло, только в самолете где-то над Сахарой, но сомнений не было, так как я горела приключениями, жаждой новых открытий и открывающимися перспективами.

Стереотипы об Африке

Перед переездом я изучила все возможные статьи в Сети и даже фото в Instagram по хэштегу #Нигерия. После я на собственном опыте убедилась, что, в сущности, мы очень мало знаем о нетуристических странах. Сейчас я с улыбкой наблюдаю, как даже самые респектабельные информационные агентства допускают ошибки в названиях и фактах.

Мои представления об Африке были основаны на ЮАР, где я жила в детстве с родителями. Одной поездки от аэропорта до моего будущего места работы и проживания хватило, чтобы понять, что ЮАР и Нигерия – это как Северный и Южный полюс.

Нигерия – это самая что ни на есть Африка. Здесь есть место бедности, антисанитарии, хаосу.

Говорить о ЮАР как об Африке – наивно. Это, скорее, смесь Австралии с тихими провинциальными городками какого-нибудь американского штата вроде Техаса.

Малярия и песчаные бури

На экваторе солнце всходит и садится почти в одно и то же время круглый год. Сухой сезон наступает зимой, при этом в декабре с Сахары приходит харматтан – песчаная буря. Иногда пелена песка висит настолько плотная, что днем темно, самолеты отменяют, а на солнечный диск можно смотреть без очков.

В столице страны – Абудже, которая ближе к пустыне, трава от жары превращается в пыль – здесь засуха еще сильнее, чем на юге, где немного спасает близость к Гвинейскому заливу. Летом же, наоборот, бывает, что дождь льет неделями не переставая.

Конечно, здесь хорошая экология и теплый океан, но из-за болотистого ландшафта живность плодится как на дрожжах, отсюда – малярия. Малярийные комары на наших не похожи – они тоненькие и невидимые, поэтому в темное время суток не рекомендуется выходить на улицу.

Местные болеют малярией хронически, почти каждый месяц, я болею где-то шесть раз в год.

При малярии у тебя болят все мышцы, лихорадит, насморк, кашель, а температура пониженная. Сегодня, к счастью, существует множество лекарств, благодаря которым за 3-5 дней встаешь на ноги.

Страна, где могут похитить

Деревня, в которой расположен наш завод, находится в дельте реки Нигер в штате Аква Ибом на юге Нигерии. В 20 километрах от нас находится Гвинейский залив Атлантического океана.

Наша деревенька считается довольно крупной, она выросла за счет рабочих мест на заводе, соседняя – за счет базирования там другой компании. Тем не менее, это небольшие населенные пункты в непролазных джунглях, правда, соединяет их отличная дорога.

Как правило, экспаты в Нигерии проживают в городках своих работодателей. Вот и я живу в заводском компаунде в собственном доме со всеми удобствами. В соседях у меня коллеги-экспаты, армия и полиция.

Все перемещения за пределы компаунда допускаются только с эскортом полиции – это заметно облегчает жизнь, потому что им разрешается перекрывать дорогу и объезжать пробки по встречке. Кроме того, очень часто на дорогах устраивают засады местные хулиганы – натягивают веревки и останавливают машины, вымогая деньги за проезд по «их земле», а иногда и просто грабят.

Полиция с ними не связывается – днем дежурит на постах, а как темнеет – разъезжается. Вполне может оказаться, что эти полицейские и хулиганы – из одной деревни, а своих арестовывать не комильфо.

Иногда экспатов, которые пренебрегают мерами безопасности, воруют ради выкупа – спрятать тут несложно, кругом rain forest.

Поэтому иностранцы здесь живут обособленно и вообще почти не пересекаются с жизнью, к которой привыкли нигерийцы в своих многочисленных деревнях. Вне работы мы общаемся в основном между собой. Иногда в нашем городке останавливаются ребята из Сербии и ЮАР – компьютерщики, которые тоже работают в Нигерии по контракту.

Редко кто из экспатов действительно любит эту непростую для европейца страну – здесь зарабатывают деньги.

Как живут нигерийцы

Нигерийцы могут быть настолько дружелюбными, насколько и агрессивными. Но если вы надеетесь увидеть в Нигерии людей в нарядах племени масаи, то это не по адресу. В деревнях по-прежнему существует традиционная власть – люди живут кланами, во главе которых – принцы и короли. Параллельно есть реальная власть – выборное местное самоуправление, губернаторы штатов.

В крупных городах течет обычная жизнь офисных клерков, а большинство жителей нигерийских деревень почти ничем не заняты – у них в домах даже нет электричества.

Здесь не ценится время, как и во многих других странах с жарким климатом – люди никуда не спешат, полчаса не считается за опоздание – в том числе и в авиации.

Всеми людьми в Нигерии правят личные интересы – они не заинтересованы в подъеме и развитии своих городов, промышленности, процветании населения. Дело в том, что население страны огромное, а возможность заработать есть у единиц.

Каждый здесь живет по принципу Людовика XV – после меня хоть потоп.

Больше всего нигерийцы обожают деньги, еду и политику. У них несколько любимых занятий, например – разговаривать по телефону. Связь здесь очень доступная, роуминга в стране нет, поэтому у большинства по два телефона, обычно еще и с двумя сим-картами.

Ходить в школу с мачете

Мусульмане здесь очень религиозные, а вот на юге все поголовно ходят в церковь по воле социального уклада.

По данным журнала Forbes, из 10 самых богатых в мире пасторов семь – нигерийцы. Они летают на частных джетах и покупают яхты.

Церковные сборы не облагаются налогами, они не сдают финансовую отчетность, то есть церковь здесь – это целая система власти, которая пользуется поддержкой на политическом уровне.

При этом обычные люди живут без света и воды, в домах-контейнерах, при этом все одеты по-европейски в китайские вещи. Все дети ходят в школу в форме, правда, часто с мачете в руках – косят траву на школьной территории.

Еще одно увлечение местных – читать газеты на устаревшем английском языке. Каждый уважающий себя нигериец жарко спорит о политике и нигерийской государственной системе, а круг интересов особо прогрессивных выходит и на международный уровень.

Дешевый алкоголь и дорогая картошка

Супермаркеты в Нигерии есть только в крупных городах, и то их единицы. Ведь на 10 взрослых жителей только у одного может быть работа и доход.

Например, своей домработнице я плачу 20 долларов в месяц, садовнику – 12 долларов.

Здесь баснословно дорогие импортные товары. Например, картошка – 100 рублей за килограмм, пакет молока – 100 рублей, брынза «Парижская буренка» — 300 рублей, сливки – 600 рублей за литр, свежемороженый норвежский лосось – 3000 рублей за 1 кг. Зато бананы – 30 рублей за гроздь. Интересно, что курица и говядина в одну цену – где-то по 200 рублей за кило.

Техника на 20-30% дороже, чем в Москве, будь то бытовая техника, телефоны или автомобиль «Тойота Прадо». То же самое с духами, французской косметикой и одеждой – это импортное, а, значит, недоступное, заграничное.

Одежда на рынках дешевая, сплошь китайский ширпотреб всех фасонов и расцветок. Также большое количество товаров поставляют из ЮАР – одежду и вино.

Что здесь дешево, так это алкоголь – на него нет акцизов. То есть бутылка виски Jameson, которая стоит в Москве 1200 рублей, здесь по цене 600 рублей. Вина из Европы и ЮАР в среднем стоят по 200-300 рублей за бутылку.

Без стрижек и маникюра

Я давно утратила веру в нигерийский сервис – привыкла делать сама себе маникюр и прочие процедуры, а еще в отпуске стричься покороче, чтобы до следующего приезда домой хватило.

Здесь, конечно, есть все услуги, которыми пользуются в Москве, но представить, чтобы иностранцы этим пользовались, невозможно, так как все делают неумело в грязноватых лачугах.

Еще в самом начале своего пребывания в Нигерии я оказалась в командировке в Лагосе, и была уверена, что в дорогом и красивом отеле все будет на уровне. Я отправилась на эпиляцию в салон красоты при отеле.

Вышла оттуда через три часа, хромая, с затекшими ногами, с ожогом и криво ободранными волосами.

При этом из кошелька выпорхнула часть моих командировочных в размере 3000 рублей.

Принцы из лачуг и зависть к белой коже

Девушки в Нигерии обожают яркие наряды, крупные украшения и броский макияж. Особый шик – это афрокосички из нарощенных волос. Еще они очень завидуют моей белой коже и мягким волосам, а я с завистью смотрю на контраст белой майки с их идеальной темной кожей.

Вообще увидеть белую женщину в нашем регионе – редкость. В магазинах 80% кремов – отбеливающие, изготовленные для Африки.

Местные часто фотографируют меня, фотографируются со мной и на фоне меня.

На юге Нигерии женщины намного энергичнее, выносливее мужчин – очень многие за рулем и занимают высокие должности. Обратная сторона медали — они агрессивнее и громче.

Когда я только приехала в Нигерию и пошла на какой-то прием, меня стали спрашивать, не нигерийская ли я жена. Я не понимала, а потом выяснила, что «нигерийскими женами» называют женщин, которые вышли замуж за нигерийцев, которые в советские времена учились в наших вузах. Сегодня их ряды уже не пополняются так активно, но существует целая ассоциация этих женщин.

Мужчины в бывших странах-колониях не рассматривают белых женщин как объект увлечения. Скорее, смотрят на них как на музейный экспонат. Однако я хочу предостеречь девушек – не выходите вслепую замуж за нигерийских принцев.

Он может быть принцем в своем клане, но на деле это означает, что его папа носит шляпу с бычьим хвостом, и привезет он вас в лачугу без света и воды.

В быту мужчины здесь не относятся к женщинам как джентльмены – они будут стоять и смотреть, как женщина поднимает какую-то тяжесть, и никто из них не поможет.

На мусульманском севере традиции сильны – женщины рожают много детей, носят хиджабы, а мужья-мусульмане покупают им дорогие золотые украшения, сделанные в Дубае или Турции.

Несъедобная кухня

Когда я летела сюда в первый раз, меня предупреждали, что с собой нужно везти еду. Я посмеивалась, вспоминая, как в Лондоне, где на каждом углу супермаркеты, у папы-дипломата в холодильнике лежала брауншвейгская колбаска и бородинский хлеб.

Оказалось, что из каждого отпуска я буду тащить два чемодана по 23 кг каждый, битком набитые российской едой.

Чего только я сюда не вожу из Москвы – и тушенку, и конфеты, и колбасу, и селедку, и воблу, и зелень, и сливочное масло. Я даже стала есть гречку!

Одно дело – дегустировать необычную кухню в путешествии, и совсем другое – постоянно быть лишенным возможности питаться чем-то привычным.

Нигерийцы питаются неправильно – в основном это углеводная пища типа макарон, хлопьев и риса, сдобренная кубиками «Магги» и пальмовым маслом.

Помидоры, болгарский перец, свекла – это для них достаточно дорогие продукты, а дешевые – лапша быстрого приготовления. Во всем консерванты и усилители вкуса, население тоннами поглощает сладкую газировку. Отсюда избыточный вес, которым страдают многие молодые нигерийцы.

На мой вкус, нигерийская кухня – это басня о несъедобности. Они пережаривают, пересушивают, переперчивают все до неузнаваемости. Хорошее, что есть в национальной еде, пришло из арабской кухни – хумус, халва, баранина.

Есть у меня два любимых блюда: pepper soup из самого популярного здесь вида мяса – козлятины, острый до невозможности, серого цвета, но все же притягательный, и суйя – любимая еда мусульман.

Не могу не упомянуть экстрим – жареные улитки-ахатины на шпажках. В нашем зеленом штате их много.

Вообще жители деревень здесь едят все, что поймают – это называется bush meat. Крокодил, обезьянка, белка, сервал – все это жарят, перчат, пересушивают и едят, запивая кайкайем – высокоградусным беловатым вином из плодов масличной пальмы, самогоном по-нашему.

Безработица и низкие зарплаты

Нигерия – в десятке стран по уровню экспорта нефти, при этом там нет ни одного нефтеперерабатывающего завода. Большинство промышленных предприятий принадлежат Алико Данготе, одному из богатейших людей мира. Нигерийский бизнесмен владеет заводами по производству цемента, сахара, соли, масла, макарон, а еще строит крупнейший в Африке НПЗ.

Приличные рабочие места есть также в банках, авиакомпаниях и магазинах крупных городов, однако все это – единицы по сравнению с количеством населения. Конкуренция высокая, родственные связи в Нигерии поражают своей крепостью. Устроиться на работу с самой мизерной зарплатой – это большая удача, ведь вокруг полно безработных.

В крупном городе вроде Порт-Харкорта секретарь получает где-то $100 в месяц, продавец-кассир – $ 60-70.

Иностранцы, которые работают в Нигерии, – по большей части приглашенные крупными компаниями, вроде Exxon и Shell.

Есть и такие экземпляры, которые уезжают из родной страны ради жизни в Нигерии. Конечно, таких фанатов Африки единицы. Я знала одного голландца, который много лет назад переехал в наш штат и открыл бизнес по производству лодок. Он был женат на местной женщине и от нее имел детей.

Работа «швейцарским ножом»

Я работаю по контракту на российскую металлургическую компанию, которая владеет здесь заводом.

Я – представитель иностранного капитала в Нигерии, и основную сложность для компании и меня лично здесь представляют отношение к иностранцам и бедность населения.

Первый вопрос, которым вас встречают сотрудники таможенной и иммиграционной служб: «Что ты нам привез?».

Такое же отношение и к бизнесу – он должен дать бесплатное электричество и воду всему городу, он должен кормить, оплачивать лечение и обучение всех членов семей своих сотрудников. Он должен всему народу Нигерии, потому что это их земля, и бизнес ее оскверняет.

В итоге здесь я не просто юрист, а многофункциональный швейцарский нож.

Я много и агрессивно подаю иски в местные суды, не прощая должников, пишу много писем в госорганы и всегда довожу до конца начатые запросы. Я контролирую сроки и завершение обязательств. Я наседаю, играю спектакль и изощряюсь в дипломатии, как здесь любят, на переговорах и в переписке.

Русские здесь сталкиваются с трудностями совершенно разного рода – от чуждой нам англо-саксонской системы права до особенностей ментальности населения бывшей британской колонии.

Не думаю, что где-то еще мне будет так тяжело работать, как здесь.

riamo.ru

Читай журнал

Скачай №94 март-май PDF

Заказать журнал онлайн

Внимание!
Теперь вы можете заказать журнал по почте!
X

Pin It on Pinterest

X