Андрей Макаревич: только под водой можно летать

Он музыкант, поэт, композитор, художник, телеведуший, дайвер. Дальше представлять не стоит, каждому понятно, что речь идет об Андрее Макаревиче, личности разносторонней. За что бы он ни брался, результат всегда хорош, а иногда просто блестящ.
Его кулинарное шоу заставило отправиться на кухню даже тех, для кого верхом возможностей было приготовление яичницы. Его песни считают своими люди трех поколений. Его программа «Подводный мир Андрея Макаревича» наверняка способствовала нынешнему дайвинг-буму в России. Осталось не так много морей и океанов, где он еще не побывал.

ОВР. Андрей Вадимович, припомните, что вы начали делать раньше – петь или нырять?

Андрей Макаревич. И то и другое – примерно одновременно. С маской я поплыл, когда мне было лет шесть. Тогда вышел на экраны фильм Жака Ива Кусто «В мире безмолвия». Он произвел на меня неизгладимое впечатление, так что на следующий же день я потребовал купить маску. А без маски научился плавать только годам к четырнадцати.

ОВР. А когда впервые погрузились с аквалангом? И вообще «заболели» дайвингом?

А.М. В 1974-м. Приобрел у кого-то древний агрегат, ему исполнилось почти 30 лет! В нем можно было погрузиться только один раз, потом заправлять было нечем. Приехал в Крым – и как ни скрывался от пограничников, они меня все-таки поймали. Турция ведь рядом – каких-нибудь 600 километров! Писал объяснительную. Позже попал на Дальний Восток. Там у людей были не только акваланги, но и костюмы. Видимо, близость Японии сказывалась. Да и подводный мир побогаче, чем черноморский. А когда выяснилось, что можно ездить за границу, отправился в Египет, на Красное море. С тех пор не останавливаюсь.

ОВР. Самая большая глубина, на которую вы опускались?

А.М. На 65 метров, но у меня никогда не возникало желания ставить рекорды. К тому же самое интересное встречается на глубине 25–30 метров.

ОВР. Вы ныряли в разных акваториях, по всей планете. Ясно, что самые привлекательные, с точки зрения дайвера, места находятся далеко от России. И все-таки хоть иногда погружаетесь в родные воды?

А.М. Не очень часто. Правда, на 1 мая ездил в Астраханскую область. Неожиданно сорвались гастроли в Америке, и появились пять свободных дней. Там я просто нырял и охотился. Производить подводные съемки на территории России трудно, хотя на Черном море мы, конечно, снимали. Обычно все мутно, надо ловить погоду, ждать, пока осядет муть и вода станет прозрачной. Ведь в телепередаче про подводный мир нужна зрелищность. Совсем недавно я впервые плавал с действительно опасной акулой. Просмотрел отснятый материал, пришел в восторг от получившихся кадров. А потом… понял, что все это интересно только специалистам. Обычный телезритель, который не разбирается в том, какие из акул опасны, а какие нет, ничего эффектного в этой съемке не найдет.
И наоборот, я могу в совершенно спокойной ситуации снять так, что люди будут хвататься за голову и с ужасом в глазах спрашивать, не страшно ли мне.
Так о подводной России. Несмотря на трудную натуру для съемок, очень интересно поохотиться на больших реках и озерах, а каждый регион имеет свою специфику. В Карелии увидите одно, в средней полосе – другое, а на Дальнем Востоке – что-то третье. Я уж не говорю о безумно интересных археологических изысканиях. Однако кино нужно стараться сделать популярным, в хорошем смысле слова. Оно должно быть интересно не только профессионалам-дайверам, но и тем, кто, посмотрев передачу, захочет сам заняться дайвингом.

ОВР. Если оценивать субъективно, например по количеству знакомых, увлекшихся погружениями, дайвинг в России развивается прямо-таки бурно. Вы президент клуба «Батискаф» и, наверное, владеете более точной информацией?

А.М. Мы на первом месте по числу ежегодного увеличения числа дайверов. Отчасти это связано с тем, что дайвинг появился в России не очень давно, и мы сейчас наверстываем упущенное. Россия, к сожалению, находится далеко от теплых морей. А туда очень хочется. Так что наша тяга в теплые прозрачные глубины вполне понятна.

ОВР. А в чем лично для Андрея Макаревича заключается магическая сила подводного мира?

А.М. Там невероятно красиво, и только под водой можно летать. Да еще во сне. Полеты с парашютом – все-таки падения. С парашютом ты летишь по вертикали сверху вниз. А под водой можешь двигаться во все стороны, самостоятельно выбирая направление. Подводный мир удивителен, себя ощущаешь кем-то совсем иным, чем в обычной жизни.

ОВР. Давайте тогда ненадолго вернемся к обычной вашей жизни. Над чем работаете, что нового мы скоро сможем услышать, увидеть, прочесть?

А.М. Сейчас готовятся две мои пластинки с «Оркестром Креольского танго». Первая состоит из песен Булата Окуджавы, а вторая – из старых полузабытых песен «Машины времени». В обоих случаях все будет звучать совсем по-иному по сравнению с оригиналом, в стиле «Оркестра Креольского танго». Также сейчас дописываю новую книгу с опасным названием «Занимательная наркология». Эта книга на 95 процентов посвящена спиртным напиткам, их метафизике и месте в жизни русского человека. Речь в ней будет идти о способах потребления спиртного и правильном с ним общении. Надеюсь, что ее ждет большое будущее. Кроме этого ожидается несколько экспедиций. В августе еду в Мальпело, в ноябре в Де ла Пагоссу, где будут проходить съемки «Подводного мира». Что касается «Машины времени», то иногда играем концерты. Сейчас каждый из нас что-то сочиняет в своем углу, но показывать это друг другу еще очень рано. Новый материал должен накопиться и отложиться.

ОВР. А как обстоят дела с живописью?

А.М. В конце мая принимал участие в акции «раскрась корову» в рамках фестиваля «Арт-Москва». Эта акция в нашем городе проходила впервые. Берутся пластиковые коровы, выполненные в натуральную величину, и расписываются художниками. Потом их выставляют в городе, а через какое-то время продают на аукционе «Сотбис». Вырученные деньги перечисляются в детские дома и больницы. Я расписал одну из таких коров. К сожалению, рисовать удается меньше, чем хотелось бы, но постепенно кое-что набирается. Надеюсь, осенью у меня будет персональная выставка.

ОВР. По какому принципу вы выбираете маршруты для своих подводных экспедиций, для собственного отдыха?

А.М. Я выбираю те места на планете Земля, где еще не был и которые будут интересны для новых телепрограмм. Не люблю повторно снимать одни и те же места. На самом деле я всегда езжу для себя. Любимые занятия надо превращать в работу, а нелюбимые – исключать из своей жизни. В моей жизни отсутствует понятие поездка в отпуск по туристической путевке, где я буду лежать пузом кверху положенные 10–12 дней.

ОВР. Когда вы взяли в руки журнал «Отдых в России», я заметил скользнувшую в вашем взгляде иронию. Вы против того, чтобы люди отдыхали?

А.М. Меня раздражают постоянные разговоры об отдыхе. Будто только его нам и не хватает. Нашей стране не хватает умения и желания работать. Мало профессионалов. Вот когда они появятся в большем количестве и начнут работать, можно будет поговорить и об отдыхе. А мы все стремимся отдыхать.

ОВР. Что вы все-таки пожелаете этим летом тем, кто хорошо работает?

А.М. Вот им я желаю хорошего отдыха. И пускай каждый выбирает для себя сам: где, когда, как и с кем ему отдыхать.

Беседовал Даниил Тунин

Print Friendly, PDF & Email

Last modified: 14.05.2012

Pin It on Pinterest