Академик Владимир Котляков: «Географические открытия происходят постоянно!»

В российской географии сегодня нет более уважаемого человека, нежели академик Владимир Котляков. Он Почетный президент Русского географического общества (РГО), директор Института географии Российской академии наук. А еще – участник множества экспедиций в Арктику и Антарктику, на Кавказ и Памир, а также автор десятка книг. И все же Владимир Михайлович нашел время, чтобы встретиться с корреспондентом «Отдыха в России» и рассказать о новых открытиях и старых проблемах, связанных с отечественным туризмом.

-Владимир Михайлович, когда создавалось Русское географическое общество, мир был еще далеко не познан. А каковы сегодня функции общества, когда, кажется, уже все в географии открыто?

– Функции РГО не сводятся только к географическим открытиям. Но если говорить об открытиях… Знаете, и сейчас открыто далеко не все. И никогда не будет открыто все. Человечество устроено так, что оно всегда будет искать и находить новое. Хотя, конечно, сегодня трудно ждать таких прорывов, как в эпоху Великих географических открытий, когда начались кругосветные плавания и люди открывали новые континенты. Это была действительно великая историческая эпоха – такая же, как эпоха Возрождения.

– Но в те времена еще даже не было географических обществ.

– Да, эпоха великих открытий – это конец XV – середина XVII века, а географические общества стали возникать в середине XIX. Русское было пятым по счету – после Берлинского, Лондонского, Парижского и Мексиканского – и появилось в 1845 году. Тогда общество действительно в основном организовывало экспедиции, поддерживая таких знаменитых путешественников, как Пржевальский или Миклухо-Маклай. Но при этом возникали региональные отделения во всех концах тогдашней Российской империи – в Тифлисе, Иркутске, Оренбурге, Вильно, Киеве, Омске, Хабаровске, Ташкенте, – и они исследовали непосредственно свои регионы. Кроме того, общество всегда было связано с Генеральным штабом Русской армии, тот же Пржевальский был полковником. То есть оно выполняло не только познавательные задачи, но также изучало природу и народы своего государства и сопредельных стран.

– В XX веке ситуация поменялась?

Председатель Попечительского совета РГО Владимир Путин: «Патриотизм – это уважение к своей собственной истории, к традициям, к моральным ценностям, которые являются основой нашей национальной идентичности»

– Общество перестало быть, если так можно сказать, элитарным. Наибольшего размаха оно достигло в 70-е годы, когда насчитывало около 27 тысяч членов по всему Советскому Союзу. После распада СССР ситуация в РГО была плачевная. Но в последние годы статус общества вырос. Власть вспомнила, что изначально общество было императорским, то есть государственным. И хотя по закону РГО как общественная организация не может финансироваться из госбюджета, его значение все-таки государственное. Сейчас снова есть возможность вести большую экспедиционную деятельность, получая деньги на исследования посредством грантов. Неслучайно последнее географическое открытие глобального масштаба принадлежит нам, России, – это открытие подледного озера Восток в центральной части Антарктиды.

– Большое озеро?

– С треть Байкала! Это действительно выдающееся открытие, и, к счастью, я имею к нему прямое отношение. Еще в 60-е годы вот за этим самым столом, за которым мы сейчас сидим, сидел мой сотрудник, Игорь Алексеевич Зотиков, с которым мы обсуждали его теоретические обоснования того, что в Антарктиде под мощным ледниковым покровом есть пресная вода. После этих обоснований начались исследования, и сейчас в Антарктиде известно уже 150 подледных озер, но самое крупное находится в районе российской станции «Восток». Вот вам яркий пример того, что географические открытия происходят и сегодня.

– Какие-то последние открытия, касающиеся непосредственно России, можете вспомнить?

Почетный президент РГО Владимир Котляков советуется с президентом общества Сергеем Шойгу, как спасать российскую географическую науку

– Ну, скажем, в прошлом году на Урале работала экспедиция, которая определяла и обосновывала географическую границу между Европой и Азией. И кроме того, экспедиция принесла очень много новых сведений об этих краях, и по ее результатам была выпущена красивая книга. А это ведь просвещение людей. Или вспоминаю, как на закате СССР ко мне пришли журналисты «Известий» и попросили определить «средневзвешенную» центральную точку Советского Союза. Мы определили эту точку – она оказалась где-то на севере Красноярского края. Так они отправили туда экспедицию и потом опубликовали в газете на трех полосах рассказ об этих местах.

– Но ведь практическая польза от этих сведений невелика?

– Не соглашусь с вами. География может приносить людям необычайную практическую пользу! Взять хотя бы недавнюю трагедию в Крымске, когда в результате катастрофического ливня был затоплен город. Любой географ скажет, что город представляет собой гигантскую воронку, и строить жилье во многих местах там нельзя. Тем не менее оно было построено. Почему – это уже вопрос не к нам. Задача географов и географических обществ в том и состоит, чтобы объяснять людям процессы, происходящие в природе.

– А существуют ли процессы, которые вы сами пока не можете объяснить?

– Когда-то на Памире мы открыли «пульсирующие ледники» – ледники, которые внезапно начинают быстро продвигаться вперед, а в результате возникают сели и паводки. Как явление это открыто, но причины его до сих пор не изучены. Масса неизведанного остается в океане. Например, там существуют так называемые черные и белые «курильщики» – места на дне, откуда выделяются газы, а вокруг – богатство полезных ископаемых. Думаю, что новые большие открытия к нам придут именно из океана.

За этой дверью скрыт целый мир

– Владимир Михайлович, по какому критерию РГО отдает приоритет той или иной экспедиции?

– Первый критерий – научный. Вот сейчас мы на три недели отправляем экспедицию на Новосибирские острова, и это будет научное исследование островов, лежащих в восточной части нашей Арктики. Второй критерий – привлечение к экспедициям молодежи. Скажем, РГО сейчас озабочено вот какой проблемой. В Туве собираются строить железную дорогу. Но оказалось, что пути будут прокладывать через места, очень ценные с археологической точки зрения. Там великолепно сохранились стоянки древнего человека. Нам удалось добиться того, что в ближайшие два-три года под эгидой Академии наук и РГО здесь проводится большая географо-археологическая экспедиция. В ней примет участие много студентов из разных стран. Ну и третье – свои экспедиции проводят наши отделения, которые есть практически в каждом субъекте Российской Федерации.

– То есть любая команда путешественников, задумавшая какую-нибудь экспедицию, может обратиться в РГО за финансовой помощью?

– Да, но она должна убедить экспертный совет РГО в том, что их экспедиция способна сказать что-то новое. Экспертный совет отсеивает часть заявок и отправляет предложения в Попечительский совет РГО, который, к слову, возглавляет президент России. И уже там определяется, кому давать грант, а кому не давать. Кстати, в прошлом году я лично тоже получил грант, но грант издательский, на создание словаря по туризму – «Туризм: природа, культура, путешествия». Мы делаем его вместе с моей соратницей профессором Анной Комаровой, с которой раньше уже выпустили подобный географический справочник. С одной стороны, словарь кратко определяет каждое понятие из сферы туризма, с другой – дает его эквиваленты на пяти европейских языках. В словаре более четырех тысяч слов, и надеюсь, он будет издан в первом квартале будущего года.

– Какие российские регионы, по-вашему, могут быть привлекательны с точки зрения туризма?

Библиотека РГО с 1845 года собрала почти полмиллиона экземпляров книг по всему спектру географических наук и сопредельных дисциплин – от физической географии до медицинской географии и географии искусства

– К сожалению, наш российский менталитет не очень направлен в сторону туризма. Россия необыкновенно красива, если брать ее природу и этнографию, но совсем не устроена в плане инфраструктуры. А ведь инфраструктура создается людьми и требует больших вложений. Надо строить дороги, гостиницы, надо строить туристическую систему, которой нет у нас в стране, – и это должна быть забота государства, потому что частный капитал решить это не сможет. Понятно, что в такой стране невозможно сразу все сделать, поэтому надо делать точечно. Байкал – уникальное место, и когда я возил туда иностранцев, они просто обмирали от восторга… Но гостиницы, которые там построены, – это примитив. На Эльбрусе я провел всю свою молодость, очень люблю эти места. Но хороших дорог там нет совсем и гостиниц очень мало. Да и политическая ситуация на Кавказе сложная. Правда, правительство недавно приняло решение по развитию Приэльбрусья, так что посмотрим, когда это принесет плоды.

– Считается, что постепенно ситуация меняется к лучшему, региональные власти пытаются что-то строить…

– Да нет, эту проблему понимают далеко не во всех регионах. Взять Архангельск. Это же история России, знаменитый город еще допетровских времен, в нем Петр трижды бывал. Из города можно такую конфетку сделать… Но на Северной Двине пассажирских судов почти не видно, хотя в советское время они ходили. А ведь там столько монастырей, столько старины северорусской… Обидно.

– Давно вы там были?

По этой лестнице в питерском доме РГО ходили все самые знаменитые путешественники России

– Полтора месяца назад. Кстати, будучи в Архангельске, совершенно случайно мы узнали про музей пива, расположенный в небольшой деревне в пятидесяти километрах от города, не поленились и поехали. Нас встретили такие «бурановские бабушки», одетые в северорусские одежды, полчаса нам пели, потом проводили в этот музей, устроенный при частном пивном заводике, предложили нам дегустацию пива… В общем, все было замечательно.

– Ну вот, а вы говорите: «регионы не понимают»…

– Но ведь это устроил какой-то энтузиаст, а должна быть система! Или взять Владивосток. Я несколько раз плавал на пароме Хельсинки–Стокгольм, это незабываемое путешествие, всего одна ночь, но жизнь на пароме кипит: это очень интересно. Ну почему же не сделать такой же паром между Владивостоком и японским Нагасаки! Я уверен, что он будет заполнен – и нашими, и японцами, и иными иностранцами. Но почему-то вложить в это деньги никто не хочет… Мы были в Боливии, не сказать, что это Богом забытая, но все же бедная страна в центре Южной Америки, ее столица расположена на высоте 4000 метров над уровнем моря. Но даже там туризм более развит, чем у нас: везде ходят туристические автобусы, полно иностранцев…

– Что бы вы предложили?

– Надо создать реально действующее государственное управление туризма, может быть, даже в ранге министерства, которое бы заботилось о строительстве дорог, гостиниц и другой инфраструктуры во всех уголках страны – на Камчатке, в Пскове, во Владимире… Знаете, в первые годы советской власти мой отец в рамках тогдашнего «пролетарского туризма» дважды проехал на велосипеде от Москвы до Тифлиса, но сегодня одними лозунгами на велосипед никого не усадишь. Государству надо понять, что туризм – это отрасль экономики, которая может давать немалую прибыль. Причем вложения мы делаем внутренние, а деньги получаем в том числе и извне.

Print Friendly, PDF & Email

Last modified: 15.11.2012

Pin It on Pinterest