Адреналин в забое, или приключения иностранцев в Кузбассе

Иностранцы – жуткие экстремалы. Это они привнесли в нашу и без того нескучную жизнь сноубординг, рафтинг и серфинг. Это для них прежде всего стараются российские туроператоры, предлагая многодневные путешествия на собачьих упряжках и велопробеги к полюсу холода. Ведь именно этого ждут от нашей страны иностранцы: для них вся Россия, особенно Сибирь, – территория экстрима.

И потому неудивительно, что приглашение «Сибирского делового союза» (СДС) посетить угольные разрезы и шахты Кузбасса было встречено иностранными журналистами с неподдельным энтузиазмом. Удивительно другое – к ним присоединились и двое представителей российских СМИ. И вот в назначенный день и час отважная восьмерка собралась в редакции «ОвР» на Пушкинской площади, чтобы отправиться в нелегкий путь.

Уильям Гасперини, двухметрового роста американец из CBS News, беспокоился еще по дороге в «Шереметьево»:
– А мороз там будет? Там же должна быть настоящая зима?..
– Вчера было минус 30.
– O-oh!.. – раздался приглушенный вздох Вероники Венгерт, очаровательной немки из Moskauer Deutsche Zeitung. Восторгов Билла по поводу сибирских морозов Вероника явно не разделяла.
Словно развенчивая миф о вечной сибирской зиме, город Кемерово встретил иностранных гостей относительно тепло – всего минус 16. Да и в целом эта поездка сокрушила многие мифы, которыми заграничный мир щедро инкрустировал Россию. Нет, это путешествие вовсе не задумывалось как «Наш ответ Чемберлену»: от иностранцев никто ничего не скрывал. Им лишь показали другую Сибирь – не такую, какой ее рисуют московские чиновники, а такую, какой ее делают сегодняшние предприниматели.
Чтобы хоть как-то оправдать ожидания гостей, столбик термометра на следующий день «милостиво» опустился до отметки минус 34. А вот миф о нищете и разрухе в российской глубинке был развенчан окончательно. У трапа самолета иностранцев ожидал новенький японский автобус. В Кемерово перед ними распахнул двери ресторан с роскошной французской, арабской и русской кухней и француз шеф-повар Даниель. В шахтерском городе Берёзовский их встретили чистые, щедро освещенные улицы и мэр Колесников, который в недавнем прошлом поднял на ноги градообразующее предприятие – разрез «Черниговский», – а теперь вплотную занялся городом. Кстати, этот город первым в России успешно провел реформу ЖКХ, о которой в Москве все еще продолжают говорить в сослагательном наклонении. В квартирах Берёзовского установлены счетчики на воду, и граждане вносят квартплату не по единой тарифной ставке, а соответственно своим доходам. Доходам, кстати, немаленьким: сейчас средняя зарплата на том же «Черниговском» приближается к 15 000 рублей. А когда директор шахты «Салек» назвал цифру 40 000 – до такого уровня уже к 2006 году собственники планируют поднять зарплату на предприятии, – в глазах иностранцев отразилось легкое замешательство.
– Сколько-сколько? – в один голос переспросили венгр Андреаш Немет и индиец Винай Шукла.
– Сорок тысяч. По нынешнему курсу это около полутора тысяч долларов…
Восемь шариковых ручек одновременно зашуршали по блокнотным листочкам.
Если набрать в иностранных поисковых системах словa «Kuzbass» и «mine» (шахта), глазам откроется грустная картина. Информация о российской угольной отрасли в западных СМИ, по сути, ограничивается сообщениями о забастовках, голодовках и катастрофах. Так культивируется еще один миф: уголь в России добывают допотопными методами, шахтеры получают копейки и гибнут на шахтах чуть ли не каждый день. Впрочем, разубеждать в этом журналистов никто не собирался. В Кузбассе действительно остались и проблемные старые шахты, и зависящие от них города. Нельзя же закрывать единственное предприятие, которое худо-бедно кормит 25 тысяч человек! Его надо модернизировать, переоснащать, что требует колоссальных капиталовложений. «СДС», пожалуй, первым из инвесторов пошел на такое социальное партнерство с администрацией: сейчас холдингу предстоит полностью реконструировать одну из самых старых шахт в Прокопьевске. Но иностранцам показали и другие, созданные фактически с нуля предприятия, которые никак не укладывались в миф о «дедовских технологиях».

Представьте себе: по огромным черным барханам разреза «Черниговский» ездят оранжевые многотонные «БелАЗы» – эта картина простирается до самого горизонта. Инопланетное, признаться, зрелище. Но в теплом кабинете административного здания сидит диспетчер, на огромном мониторе перед которым все эти «белазики» снуют, как мухи. И по каждому можно мгновенно получить информацию: сколько прошел, когда и на какое время останавливался, сколько осталось топлива, не сливал ли втихаря солярку? Каждый самосвал оборудован комплектом датчиков (за 5 тысяч долларов) и через спутниковую систему GPS связан с центральным компьютером. Вот и все. Так сейчас добывают уголь в Кузбассе.
С разреза «Черниговский» автобус увозит экстремалов на шахту «Салек». Собственно, ради удовольствия спуститься в сибирские недра многие из них и согласились отправиться в эту поездку. Два с половиной часа дороги, шахтерская «мойка» (раздевалка), комплекты нательного белья, новенькие робы, портянки, сапоги, телогрейки, каски, комплекты «Спасатель» (Это те самые жестяные колбы, которые шахтеры обычно носят на плече) и последний, самый романтический штрих – знаменитые лампочки шахтера! Всё, «туристы» к спуску готовы! Биллу не позавидуешь: у него, кроме этого добра, с собой килограммов 15 видеоаппаратуры.
Эффект от увиденного трудно описать словами. Его лучше всего передают вопросы, которые журналисты по ходу этой экскурсии задавали директору шахты Владимиру Царапкину:
– А как эта штука двигается? (это о крепи DBT, которая словно ползет по угольному пласту, выдавая на-гора «черное золото», ручной труд на «Салеке» сведен к управлению механизмами. – Авт.)
– А где сидят люди?
– А как ее сюда засунули?
– А из какого металла эти резцы?
– А где учат на шахтеров?
И наконец, вопрос дня, произнесенный женским голосом из глубины сибирских недр:
– А ГДЕ ЗДЕСЬ УГОЛЬ?..
Видя изможденные, но счастливые лица вернувшихся из шахты иностранцев, я не мог не задать директору вопрос: может, пора проводить коммерческие экскурсии?
– Надо подумать, – улыбнулся Владимир Васильевич и раздал первым туристам «Салека» памятные сувениры – лакированные кусочки угля на подставочках.
На следующий день журналисты отправились в Барнаул, на завод «Алтайвагон». Здесь рухнул еще один миф – о том, что алтайская экономика строится лишь на аграрном секторе и туризме. В этот день единственный за Уралом вагоностроительный завод, также входящий в холдинг «СДС», «спустил на рельсы» свой 300-тысячный вагон – как спускают на воду корабли. Не обошлось и без разбитой о борт бутылки шампанского…
А потом был долгий разговор с хозяевами «Сибирского делового союза» – президентом Владимиром Гридиным и председателем совета директоров Михаилом Федяевым. Журналисты пытали «олигархов» четыре с половиной часа! Дежурный вопрос «как вам поездка?» после этого показался излишним…

Юрий Патрин
фото Сергея Соловьева

Print Friendly, PDF & Email

Last modified: 14.05.2012

Pin It on Pinterest